В зале королевы, где красавица-дама отвернулась от подсвечника с его мерцающими огнями, два существа вели беседу. Марго прижала к груди перстенья и зло посмотрела на мага в черной хламиде. Здесь мирное королевство вот-вот взлетит на воздух вместе с драконом, который будто бы обрёк его к незавидному будущему....
Колдун подхватил доктора на руки так легко, что она действительно почувствовала себя пушинкой.
— Ах, вы меня уроните, — кокетливо захихикала Юлия Ивановна.
Паркет ординаторской жалобно скрипнул и прогнулся.
— Подрядчик обязуется обеспечить сохранность переданного имущества… — промурчал, как лев во время брачных игрищ, Арргарр.
Юлия Ивановна зарделась и приличия ради легонько оттолкнула невероятной ширины плечи великана. В жизни делать этого не приходилось, а в книжках принцессы делали именно так. Он даже не пошатнулся.
— Пардон, товарищ Арргарр, но что вы себе позволяете? — она закрылась от колдуна пухлой рукой. — Это же неприлично… И я не имущество… Вы считаете меня игрушкой?
Юлия Ивановна не верила своему счастью — она на самом деле произносит эти слова, как в романе! И ей больше всего на свете захотелось побыть игрушкой в сильных, властных руках, но она была прежде всего женщиной и потому сказала:
— Я закричу. Вы же не серьёзны со мной…
— О, чарровница, — проревел Арргарр, сверкая зелёными глазищами.
— Ах, боже мой, — воскликнула доктор Бурунова-Мукунку, тая окончательно и бесповоротно, как шарик мороженого, попавший в чашку с чаем. — Вы готовы на мне жениться?! Я так люблю обстоятельных мужчин! Закройте же, закройте эту дверь, товарищ Арргарр!
Держа большую, красивую женщину на одной руке, маркатаррский колдун захлопнул дверь другой и больше не стал сдерживаться.
* * *— У меня же пациент! Тот, с нестандартной анатомией! — опомнилась Юлия Ивановна и резко встала. Только сейчас ей бросилась в глаза разруха в ординаторской.
Маркатаррский колдун подскочил и обнял докторшу:
— Не прроблема. Веррнуть, как было?
— Было-сплыло, чего уж… — договорить Юлия Ивановна не успела.
Один взмах руки. Бормотание. Зелёная волна закружилась в помещении, заставляя щепки собираться обратно, склеиваться и возвращать прежнюю целостность. Занавески сами собой заткали лоскуты в полотнища и повесились на карниз.
Тот выпрямился, щёлкнув на петлях.
