В зале королевы, где красавица-дама отвернулась от подсвечника с его мерцающими огнями, два существа вели беседу. Марго прижала к груди перстенья и зло посмотрела на мага в черной хламиде. Здесь мирное королевство вот-вот взлетит на воздух вместе с драконом, который будто бы обрёк его к незавидному будущему....
Благо, в морозилке оказалось сливочное мороженое, которое я перемешала с бананами, малиновым вареньем, ананасами из банки и солёными огурцами. Вполне удовлетворило. Светик чуть не подавилась яблоком, увидев подобный микс.
— Аджички добавить? — хмыкнула она.
— Будешь беременной, не то съешь, — ответила я, мысленно готовясь рассказать ей всё о Дриэрре. Хотя если уж мой папа поверил, то чего волноваться? Светик как раз фэнтези любит…
Папа, конечно, нет-нет, да поглядывал на Иррандо с таким видом, словно хотел понять, где у него хвост, и имеется ли кнопка, чтобы огнём полыхнуть.
Славик вроде был доволен, но иногда смотрел на меня с печалью. Аж хотелось, чтобы в него кто-нибудь влюбился. Ведь он обалденный на самом деле, умный такой! А прыщи — это проходящее. Кстати, надо спросить у Иррандо, не осталось ли у него в кулоне мази магической. Её Сенвин выдал от аллергии, но раз магическая, вдруг и от акне поможет?
Я шепнула Светику, вытащив её на кухню, что Славик вовсе не противный, «прыщавый сосед», а золото настоящее, гений и сердце на сто миллионов.
— Присмотрись, он классный!
Моя Света встряхнула пепельными кудряшками и украдкой выглянула в дверной проём.
— Ну, в целом, если одеть нормально, загнать в спортзал и вылечить прыщи, то вроде и ничего. Но не рядом с твоим Иррандо…
— Зато Славка мегамозг, — шепнула я.
— Не знаю. Пока он по тебе сохнет. А дела сердечные на заказ не решаются. Я тоже хочу большой и светлой любви, — вздохнула она.
— Это пока сохнет. Любовь дело наживное, — подмигнула я подружке, — вот и у нас с Иррандо вовсе не с первого взгляда всё случилось.
— А как?
— Ну, сначала он, кажется, готов был меня придушить, а я его ослепила перцовым баллончиком.
Светик хмыкнула:
— Во даешь! — и снова выглянула в дверной проём.
А если у них срастётся? Я буду тогда самой счастливой на свете! Хотя мне было немного грустно, что мы скоро уедем. Скорее всего, навсегда… Лучше не думать об этом!
Папа вышел быстрым шагом в кухню, прервав наши девчоночьи секреты. Поцеловал меня в лоб.
— Доча, вызывают. Опять какой-то мрак.
— А они хоть раз не могут без тебя обойтись? — спросила я.
— Нет. Я — начальник, как ты помнишь.
