Уникальная академия для обученных драконов расположилась на берегах реки и кажется маленькой по сравнению с могучими крепостями других учреждений. Восхищение приезжего Советника Фьюри - единственного в своем роде мэтра кафедры тактики, неумолимо рвет на части привычное равновесие между почтительностью и иронией....
Кто бы мог подумать, что крыланы способны не только повторять попугаями чужую речь, но и свободно, разумно общаться?!
- Я уже не земляной, дар получен, - хрипло сообщил Хопер и поднялся на ноги. – Представляешь, девчонка предположила, что я все это затеял, чтобы стать новым основателем. Никому и в голову не приходит, что приз может быть намного, намного серьезнее.
Пузан фыркнул и раздраженно почесал когтем кожаное пузо.
- Что за бред, как можно основать еще одну академию на месте, где ты поубивал кучу народа и тебя все ненавидят? Самка все еще под Агрой и плохо соображает, но ты-то… Не уходи от ответа! Как случилось, что год работы пошел насмарку, а эта проклятая махина продолжает жрать магию моего господина?!
Он ткнул в огромный колодец за собой, и я вспомнила, что преподаватели именно так и называли местный Источник – Колодцем.
Размеры магической чаши поражали воображение, более пяти-шести метров в диаметре. Увидеть ее доводилось далеко не всем студентам. Ходили слухи, что и не всех преподавателей пускали к Источнику.
Пока Хопер делился с крыланом впечатлениями о событиях на игровом поле, я ерзала, стараясь как можно быстрее истончить паутину. Признаться, стопроцентной уверенности в преступном замысле самого молодого из преподавателей у меня не было вплоть до нашей встречи на арене. Да, косвенных улик было много. Например, его «удачное» появление у леса перед тем, как я впервые влетела в искажение.
Теперь я могу догадаться, кто именно кричал и звал на помощь испуганным тонким голосом. Эта парочка – мужчина и крылан явно работали вместе.
На самом марахоне Хопер отвечал за арену, именно он ее готовил к игре и театрально «доделывал» поле за несколько минут до начала матча.
И я точно знала, что Удильщиками управляет преподаватель, слишком уж непотопляемо вела себя «всеми ненавистная» организация. Но у меня всегда существовала одна слабина – я с трудом и в самую последнюю очередь готова подозревать тех, с кем нахожусь в дружеских, добрых отношениях. А именно Хопер поддержал меня на вступительных экзаменах, торопился объяснить мне правила, не замалчивал, когда на меня нападали, удачно обрывал Советника.
