Уникальная академия для обученных драконов расположилась на берегах реки и кажется маленькой по сравнению с могучими крепостями других учреждений. Восхищение приезжего Советника Фьюри - единственного в своем роде мэтра кафедры тактики, неумолимо рвет на части привычное равновесие между почтительностью и иронией....
В итоге я все-же отбилась, натянула верхнее платье, обувь и… малодушно сбежала, так и не дав должного отпора.
Ох, как трудно дышать! Интересно, что произойдет, если я попробую в себя поесть.
Наверное, превращусь в хомяка, который складывает вкусняшки за щеки, а проглотить не может."
"Выходить пришлось через столовую, старательно отворачиваясь от празднично накрытого стола. Только воду попила и ту с трудом.
- Какая ты у меня красавица, вся в маму, - отец уже надел тяжелую, парадную мантию, но преподавателям надлежало появиться позже, поэтому он маялся, расхаживая по гостиной и отчаянно за меня волнуясь.
Мэтр Эграс вытирал платком покрасневшие глаза и улыбался. Пришлось перестать почесывать сдавленный в лепешку живот, расправить плечи и лебедушкой плыть к двери. Профессор должен запомнить меня в первый день учебы именно такой, горделивой и насколько возможно – счастливой.
Это действительно – мой день.
Корсет-корсет… В конце концов переживала я вызовы и покруче.
Помнится как-то на день рождения однокурсницы пришлось надеть туфли на полтора размера меньше. Шикарные, кстати, с вот-такенными каблуками и стразами на остром носке. Другого красивого варианта моего размера, увы - в магазине просто не нашлось, а время поджимало. Пришлось брать те, что оказались в наличии. И - танцевать в них до упаду весь вечер и половину ночи.
Что могу сказать, исходя из воспоминаний... нынешнему корсету до тех впечатлений очень и очень далеко!
Вышла я тогда на улицу.
А корсет… покрасуюсь в нем немного и постараюсь переодеться, как только закончится официальная часть первого академического дня. Должны же перед танцами сделать перерыв? ... Ой!
Сразу по выходу на крыльцо мои такие прекрасные планы полетели в бездну.
- Вот она! – выдохнула Оливия, заключая в душистые объятия.
Мое бледно-лиловое платье, которое я еще минуту назад считала чрезмерно пышным, мгновенно поблекло в сравнении в этой белоснежной красотой.
- Приветствую, выглядишь как невеста, - пробормотала я, подумывая, не выпрыгнуть ли китом вверх, чтобы вдохнуть побольше чистого воздуха.
