Покорно забравшись в сканер, он позволил Мишелю тщательно изучить каждый миллиметр своей грудной клетки и, дождавшись окончания осмотра, спросил:
– Ну, что скажет нам медицинское светило?
– Медицинское светило петь вам запретило… – ловко срифмовал Мишель, не отрываясь от экрана монитора. – …Как минимум месяц. Значит так, петь, орать, бегать, поднимать тяжести, драться и вообще как-либо напрягаться тебе можно будет только через месяц. Не раньше. Заживление идет хорошо, так что не испорть мне всю работу.
– Я чего-то не понял. Тебя что больше заботит? Мое здоровье или твоя так называемая работа? – с улыбкой возмутился Влад.
– Так называемая? Хамло казарменное! Да такая операция достойна того, чтобы описать ее в медицинских учебниках по хирургии. Ты хоть понимаешь, что мне пришлось сделать? – возмущенно завопил Мишель.
– Понятия не имею, – откровенно признался Влад. – Анатомию я знаю неплохо, но только в тех ее пределах, когда надо кого-нибудь убить. Так что, если дашь мне кофе, то я с удовольствием послушаю твою лекцию. И даже перебивать не буду.
– Черт с тобой. Хлебай, – рассмеялся Мишель, махнув на него рукой.
Налив себе большую чашку кофе, сваренного кофейным аппаратом, он пригубил напиток и, издав стон удовольствия, сказал:
– Вот теперь я готов тебя выслушать, и даже проникнуться величием твоего гения.
– Тогда заткнись и внимай, – не остался в долгу Мишель. – Итак, начнем с самого начала. Как ты знаешь, легкие занимают почти весь объем грудной клетки человека и крепятся к межреберным мышцам. Это значит, что извлечь их можно только одним способом, полностью раскрыв грудь человека. Что я и сделал. С тем быком проблем не возникло. А вот ты заставил меня повозиться. Хорошо, что у меня здесь два аппарата искусственного дыхания, а начал я с него. Вся беда в том, что у тебя были сожжены не только легкие, но и само дыхательное горло.
– И что это значит? – насторожился Влад.
– Теперь уже ничего страшного. Ты помнишь, как выглядит человеческая дыхалка?
– Ну, длинная гофрированная трубка, – пожал плечами разведчик.
– Вот именно, достаточно жесткая, гибкая трубка, напоминающая гофрированный шланг. И именно эта трубка у тебя была сожжена, став твердой и ломкой. Так что мне пришлось иссекать ее до самой гортани. Носоглотку тебе спасли, когда начали промывать ее водой, удаляя остатки токсина. Но теперь это все не твои проблемы. Как только ты встанешь на ноги, мы отвезем нашего добродетеля в поселок, и пускай корпорация занимается спасением его жизни.
– А может, оставить его?
– Зачем?
– На запчасти. Может, еще кому-то что-то потребуется? – пожал плечами Влад."
"– Хватит, – не принял шутки Мишель. – Он пытался убить тебя и мою семью, и поплатился за это. На этом мы остановимся.