– Приятно видеть знакомую дорогу и обжитые места?
– На нашей планете понятие дорог не более чем условность. Здесь все ездят, помня одно простое правило, что кратчайшее расстояние между двумя точками это прямая. Конечно, если там нет непреодолимых препятствий в виде леса или скал. Я тебе потом карту распечатаю, чтобы знал, где поселки расположены, а то заблудишься в одиночку. А по поводу обжитых мест, так тут все еще проще. Я так давно живу отшельником, что они начали пугать меня.
– Шутишь? – растерялся Влад.
– Я серьезен, как сердечный приступ. Меня и вправду пугают большие поселения. Как это ни смешно, но я в них теряюсь, – смущенно признался Мишель.
– А как же годы обучения на самых густо населенных планетах лиги?
– Вспомнил. Когда это было. И если быть до конца откровенным, мне и тогда не по себе было. Что поделать, если я привык к бескрайним просторам и редкому появлению соседей?"
"Знаешь, в кампусе, еще во времена студенчества, я вдруг понял, что задыхаюсь от тесноты и шума. Дело чуть до нервной астмы не дошло.
– И как же ты от этого избавился?
– Регулярно напоминал себе, что однажды вернусь сюда.
– Тяжело было?
– Очень.
– Хороший совет, но боюсь, мне он не поможет, – вздохнул Влад.
– Ты опять за свое? Сколько раз тебе повторять, что ничего еще не кончилось, а наоборот, все только начинается. Твой выход в отставку – это начало нового этапа жизни. А самое главное, что теперь ты принадлежишь сам себе. Только себе и никому больше. Запомни. Ты перестал быть простым винтиком в огромной государственной машине и стал человеком, личностью.
– А разве раньше я не был личностью? – с интересом спросил Влад.
– Был. Но одновременно с этим ты был частью машины. Ты не жил. Ты служил, исполнял приказы. А теперь вся твоя жизнь принадлежит тебе, и можешь делать только то, что захочешь сам.
– Знать бы еще, чего именно я хочу, – растерянно улыбнулся Влад.
– Ты говорил, что всегда мечтал иметь семью. Так в чем проблема? Вроде вы с Линой хорошо поладили. Или она тебе не нравится?
– Ты за кого меня принимаешь? Не с моей рожей в Казановы записываться. Да и не в моем возрасте.
– Кому бы говорить про возраст, мальчишка, – фыркнул Мишель.
– Вот кстати. А Лина твою микстуру тоже пробовала?
– Это врачебная тайна, но, учитывая обстоятельства, скажу. Да, она ее пробовала.
– И сколько же ей лет? – осторожно поинтересовался Влад.
– Не поверишь, всего лишь сорок.
– Выходит, она теперь запросто доживет до ста двадцати?
– И даже больше, если найдется человек, способный обеспечить ей приличные условия жизни. Работа ее измучила. Тяжело вдове в одиночку ребенка поднимать. Особенно в наших условиях. А если будешь себя хорошо вести, то и тебе немножко налью, – добавил Мишель, пряча усмешку в уголках губ.
– Знаю, что тяжело ей.