В темном помещении, где кажется, что каждый камень скрывает дыру в иное время и пространство, вы очки оказались среди чужаков. Ночная кашляющая лошадь и хладнокровный мужской окрик – признаки места, куда не следует входить. Ощущение беспомощности и случайного путешествия нарушает границы реальности до самого глубины души....
– Да ты мойся, не стесняйся, дорогуша, мы тут все свои… – промурлыкал демон, нахально проходясь глазами по моим торчащим из воды плечам и груди.
Я занырнула поглубже, взбила пену на поверхности и потребовала:
– Рассказывай, не тяни время. Что мне нужно сделать, чтобы вернуться?
– Желания выполнить, я тебе уже говорил, крикуха. Так как ты желание из двух частей загадала, то должны быть исполнены обе. Иначе никогда не вернешься к себе. Если только одну часть исполнишь, то просто здесь застрянешь. А если ничего не сможешь сделать – то ждут тебя смерть и прочие неприятности.
"– Ну так помоги мне желания исполнить! – воскликнула я с жаром. – Просто намекни, в какую сторону надо двигаться.
– Я тебе уже все сказал – иди, куда шла. Что же ты такая бестолковая? – демон осуждающе покачал головой. – Подруги твои уже вовсю над своими желаниями работают, одна ты до сих пор в теплой водичке нежишься.
– На них, наверное, не нападали пьяные уроды и ребра им не пересчитывали.
Я с воплем подскочила, совсем забыв о своем полном неглиже. А сообразив, плюхнулась обратно, мощно плеснув водой во все стороны, так что долетело даже до кровати, окатив и демона, и продолжающую нежиться под его когтями собачонку. Они на пару принялись недовольно отряхиваться, а я завопила:
– Чешуя! Демон, не знаю, как тебя зовут, что за ерунда со мной творится? У меня зрачки стали вертикальными, как у кошки.
Я повернулась к нему виском, показывая красно-золотой кошмар, из-за которого ко мне в любой момент может прийти полный кабздец в лице местной инквизиции.
Демон заулыбался еще пакостнее:
– А-а, значит тоже начала превращаться. – и замолк, продолжая светить гаденькой улыбкой на мерзо… неприятном лице. То есть, морде.
От этих слов, а главное, от его улыбки, мне совсем заплохело.
– Госпожа, мне можно лохань забирать?
– Нет еще, погоди! – заорала я в ответ. – Я позову тебя, не мешай пока.
И шепотом, чтобы за дверью не услышали, взмолилась:
– Миленький, хорошенький демон, объясни, что это все значит? – и ручки на груди сложила с умоляющим видом.
– Ну вот, другое дело. Всегда с высшими так и разговаривай – ласково и просяще. И будет тебе счастье. – ухмыльнулся краснорожий.
