В темном помещении, где кажется, что каждый камень скрывает дыру в иное время и пространство, вы очки оказались среди чужаков. Ночная кашляющая лошадь и хладнокровный мужской окрик – признаки места, куда не следует входить. Ощущение беспомощности и случайного путешествия нарушает границы реальности до самого глубины души....
Но не думаю, что вас интересует то, что вы и так уже прочитали. Давайте сразу перейдем к тому, для чего вы на самом деле сюда прибыли. Я устала, голодна и хотела бы поскорее завершить нашу встречу.
Дознаватель снова кашлянул, заставив меня заподозрить, что у него проблемы с легкими. Не мудрено, должность у мужчины беспокойная, вот и не уделяет должного внимания здоровью.
– Магистр Дворцова, мне импонирует ваша прямолинейность. Пожалуй, перейду к сути вопроса.
– Итак, в мое ведомство поступила жалоба от эльфа по имени Саниралиарисс Серданрасс.
Дознаватель замолк и не мигая уставился на меня. Я молчала и ждала продолжения.
– Что вы можете сообщить по этому поводу? – наконец спросил дознаватель.
– Я?! – надеюсь в моем восклицании прозвучала вся гамма удивления, доступная человеческому и драконьему восприятию.
– Вы! – с нажимом повторил мужчина.
– Я!? – да, повторяюсь.
Пока мы с Браном буравили друг друга взглядами, дверь кабинета приоткрылась и в нее просунулась мордочка ректорской секретарши.
Обозрев нашу троицу – очень-очень изумленную меня, недовольного дознавателя и ухмыляющегося ректора, она проскрипела:
– Господин королевский инквизитор пришел.
Мама родная, и этот здесь. Будто мало мне дознавателя с его вопросами. Да когда же это все закончится, и я перестану ежеминутно вздрагивать от страха?!
– Пусть подождет пять минут.
– Зорвил, заканчивай со своими штучками. Я не позволю тебе пугать своих преподавателей. Поэтому, или говори прямо, в чем ты подозреваешь магистра Дворцову, или освободи кабинет.
Дознаватель откинулся на спинку кресла и прищурился:
– Я подозреваю, что позавчера твой магистр украла у эльфа Серданрасса его документы.
Ректор перевел на меня изумленный взгляд, я еще более изумленно посмотрела на него, и мы вдвоем изумленно уставились на дознавателя.
– Простите, а когда именно это произошло? – решила я внести ясность. И ничего вы не докажете, господин следователь! Документик уничтожен, все следы стерты, а на слова эльфа можно плюнуть и растереть.
– Второго дня, в пять пополудни.
