Сборник автобиографических рассказов о советском детстве 1950-60-х годов. Герой переживает приключения в Ленинграде, Москве и дальневосточном гарнизоне, где служит его отец. Искренние и забавные истории о становлении маленького человека, его причудах, мечтах и первых жизненных уроках в...
Узнав про обещанную хлопушку, подошел к Кольке и пообещал привезти ему две — и с красным дымом, и с зеленым. В итоге, кстати, поехали мы оба — но ни одной хлопушки Колька так и не получил.
Это мелкое школьное соперничество было ничто по сравнению с кознями и интригами, разгоревшимися за места в делегации. Мама никакого участия в них не принимала и по своему характеру, и потому, что папа сразу сказал: лучше бы вам с Мишкой ни в какой Китай не ездить. И так тебе завидуют, что у тебя муж практически непьющий и квартира в Ленинграде осталась на броне. Так что мама сразу объявила всем приятельницам, что ей и в Воздвиженке хорошо, за советско-китайскую дружбу она может и в родном Приморье побороться — а там уж как начальство решит. И как в таких случаях обычно водится, именно она со мной в придачу и стала самой первой окончательно отобранной, одобренной и утвержденной делегаткой. Об этом ей сообщила под страшным секретом одна из вышивальщиц — жена начальника политотдела дивизии. И мы стали всерьез готовиться к поездке."
"Наша экипировка была взята под контроль партийными органами Приморья. В один прекрасный осенний день делегатки погрузились в наш дивизионный зеленый автобус и отправились во Владивосток на базу Приморпромторга. Там под руководством представительницы крайкома для каждой были подобраны два платья, две кофточки, осенний плащ, шляпка или берет, сумочка и туфли. А также чулки и прочие предметы дамского туалета. Руководствовались девизом: строго, со вкусом, а главное — ничего китайского, потому что у советских собственная гордость. В результате делегатки очутились с головы до ног в продукции братских социалистических стран. Туфли и ботики румынские и чешские, платья и кофточки польские и гэдээровские. Мамина бежевая сумочка оказалась вообще албанской. На всем этом гардеробе красовались красивые иностранные этикетки, которые было велено безжалостно спороть — чтобы не мешали гордиться.
Делегатских детей было решено нарядить в пионерскую форму — белые рубашки с темными брюками или юбками и красными галстуками. А учитывая осеннюю пору, под рубашки надеть свитера. Поэтому даже самые тощие из нас выглядели вполне упитанными. А хорошо напичканные манной кашей и рыбьим жиром маменькины сыночки — вроде меня — смотрелись, по популярному в то время выражению, форменными «жиромясокомбинатами». В самый последний момент, когда нам делали завершающий смотр, кто-то вдруг обратил внимание на наши пионерские галстуки.
