Автор
На полянах травы и в маленьких озерах играет солнце. Арена выглядит как раскисшая земля, словно ее шлифовали до белого мела. Фьюри беспокоится о пострадавших - все старики остаются слабыми и безнадежно уязвимыми, неспособными даже показать свой дракон.
— Готова? — в зеркальной глади отразилась не только моя преобразившаяся персона, но и принцесса, тоже переодетая в бальное платье. Серебристое и мерцающее.
Не знаю, когда она подошла. Я была настолько ошеломлена происходящим, что не услышала звук открывающейся двери.
— Зачем? — голос мой звучал тихо и настороженно. — Ваше Высочество, для чего вы это сделали? Только не говорите, что внезапно захотели помочь нашей компании прилично выглядеть. Я заметила на этом платье заготовленные стежки, то есть его уже некоторое время готовили.
Она подняла бровь, и замершие при ее появлении служанки одна за другой поспешили к выходу. Да что ж такое! Она же слова им не сказала! Но, тогда как, как они ее понимают?
Мы остались вдвоем в пустующей половине комнаты. За ширмой, там, где одевали Мартэлу, все еще негромко разговаривали, звучал смех и споры. А у нас словно застыло время.
Принцесса выглядела памятником самой себе, литой статуей. Бесстрастная, прекрасно владеющая собой, стальная дама. По высокой прическе тут и там были разбросаны гроздья свисающих кристаликов.
— Хочешь узнать причину? — ответила она негромко, явно не собираясь информировать журналистку за ширмой, — Того, что девушка, обрученная с моим сыном, должна выглядеть безупречно, тебе недостаточно?
— Я не обручена.
Она подняла бровь.
— Разве? Насколько я знаю, ты приняла подаренную чешуйку. Джага сообщил, что ты чуть не силой вырвала ее у Кри-Кри, поэтому друг моего сына остановил свои ухаживания.
— Эм…"
"Я сжала ладони, не позволяя себе вздрогнуть. Не при этой женщине.
Неожиданно. И то, что чешуйка что-то означает, и новости об интересе Кейтера ко мне. Я думала, он своими эскападами и публичным вниманием скорее иронизирует над общественным мнением, троллит по-своему. А оказалось, со мной флиртовали.
— … Я приняла чешую, не осознавая, что это означает. А потом — потеряла ее.
— Да-да, твое врожденное проклятие, не скажу, что оно воодушевляет. Но никто с Агрой до сих пор так и не стал истинным драконом, я узнавала.
— А он?
— Подарил мне сына и погиб, защищая от дикого дракона. Когда-то я была юной, строптивой и постоянно нарушала запреты.
