Автор
На полянах травы и в маленьких озерах играет солнце. Арена выглядит как раскисшая земля, словно ее шлифовали до белого мела. Фьюри беспокоится о пострадавших - все старики остаются слабыми и безнадежно уязвимыми, неспособными даже показать свой дракон.
А также мне интересно ваше искреннее объяснение «случайного стечения обстоятельств», при котором мы стали соседками.
Некоторое время мы чинно продолжали идти в тишине. Я наслаждалась неспешной прогулкой, а «подруга», судя по отведенным глазам, лихорадочно соображала, что же мне ответить.
И вдруг кто-то заорал.
— О, дэса Эграс! Прелестнейшая!
Э… Это мне?! Журналистка вопросительно подняла бровь, но я понятия не имела что происходит. Голос кричащего был низок — почти до баса, немного хриплым и совершенно мне незнакомым.
— Кати! Я очарован и полностью побежден вашей красотой.
Мы завертели головами и обе, кажется, едва поймали падающие челюсти.
С площадки в нашу сторону несся… капитан Раша. Как его… Ирги Хагара. Амбал выше двух метров роста почти летел, пугающе быстро сокращая расстояние. Через считанные секунды он добрался до небольшого ряда кустов, отделяющих поле от дорожек, и перелетел через них, кажется, без применения рук.
За ним, открывая и закрывая рот, в явной растерянности, бежал чем-то знакомый мне парень, тоже в военной форме Раша.
Подскочив к нам, Хагара схватил остолбеневшую Мартэлу, крепко обхватив и по-хозяйски подняв ее повыше для удобства… — впился в журналистку весьма жадным поцелуем. Просто оп — и жара.
Юбки заволновались, взбиваемые изящными прогулочными ботиночками, мелькнуло белое кружево тонкого подъюбника, открывая изящные икры.
Все это металось и пыталось ударить здоровяка, но как-то хаотично и безрезультатно. Душой Мартэла была бойцом, а вот физическая реализация подкачала.
— Эй, ты, — заволновалась я и что есть силы пнула амбала в лодыжку, вызвав подскок и недоуменное мычание, — отпусти ее немедленно!
— Капитан! Не надо! — застонал подбежавший курсант, в котором я узнала юношу-Кинжала из недавней игры. Переживал он сильно, на щеках румянец буквально багровел, словно парень готовился взорваться.
Хагара тряхнул побитой ногой, аккуратно отстранил журналистку, поставив ее на землю. И даже поддержал, чтобы не упала. Потому что Мартэла покачивалась от шока."
"— Как не та? — угрожающе рявкнул он на бывшего Кинжала. — Ты же сказал: «охрененная», — он с удовольствием окинул взглядом стройную фигурку блондинки с выпуклостями на нужных местах.
