Королевство напрямую наследует драконьим престолом семейство Отрады, но внезапно появляется сын другого короля — Эйгон. Рейнира теряет свою монаршая угрозу, а её долю оспаривает муж ее матери. Власть перетекает к драконовому происхождению и Эйгону, но втайне принцесса готовится восстать против своего брата....
А белокурая сука может и дальше сидеть на своём Драконьем камне вместе с дядей — мужем и облизываться. Так считал Веймонд. А в Королевскую гавань он явился для того, чтобы превозмочь волю своей невестки, Рейнис Таргариен, Почти — Королевы. Жена его брата уже месяц исполняла обязанности регента, но Веймонд считал, что его брат уже покойник, а значит он законный лорд Приливов.
В бордель же сир Веймонд зашёл чтобы развеяться после долгой дороги. Веймонд по — хозяйски огляделся и велел.
— Я хочу снять самые дорогие покои, а также подайте туда вина, но не дорнийскую мочу, а хорошее арборское.
— Да, сир, конечно, сир! — вился вокруг влиятельно клиента евнух — управитель.
* * *— Как забавно, морской гад на суше. — я отошёл от потайного глазка в стене и обернулся к своей протеже, что восседала на шёлковой подушке. И — тийская шлюха, а теперь могущественная владельца шпионской сети по прозвищу Белая Пиявка, Миссария, бывшая наложница Деймона.
— Скоро тут будут Деймон и Рейнира, мне нашептали сведущие люди, что их галея, «Балерион Ужасный» в двух днях пути от Королевской гавани.
— Да, замес будет не детский. Но всё зависит от принцессы Рейнис, Почти — Королевы. — сказал я, опускаясь на подушки. Затем поцеловал обнаженное колено Миссарии. — Нам нужно оставаться в тени, до поры, до времени, так сказать, хранить нейтралитет.
— Вчера приходили люди Лариса…
— Что этому колченогому ублюдку нужно?
— Он шпионит для Десницы и для королевы — матери.
— Я знаю, Визерис доживает последние дни, я предлагал этому старому индюку вызвать кровавых колдунов из Асшая, но он послушал эту зелёную суку, что трахается втихаря с сиром Кристоном, свою дуру — жену, а вернее её змея — отца, поэтому ему осталось пару недель.
— Ты так доверяешь безумной принцессе?
— Хелейна не безумна, она одарена, она мудрее всех нас вместе взятых. — я взял с серебряного подноса вишню и разглядывая её продолжил монолог, — пока Визерис окончательно спятил от макового молока, которое он пьёт как пьяница мёд, Отто и Алисента всем заправляют.
