Автор
В зыбких дымках Рииля плескались драконы, их кроваво-красная броня отражала свет восходящего солнца. Я смотрела на них бесконечно долго, до тех пор пока не ощутила волной спокойствия и понимания, которое пришло после случая полгода назад.
Впрочем, обитатели Краф-Тирина о происходящем в столице – о задержаниях и судебных разбирательствах – почти ничего не знали. Нам мало что рассказывали, предпочитая держать в неведении, чтобы «не слишком волновать» королевских избранниц.
Поэтому приходилось довольствоваться слухами. Я даже слабо представляла, что стало с Нидой и Дитой и еще с теми, кто заставил их молчать, оставив на моем балконе ядовитый «подарок»!
Но кое-что я все-таки успела услышать.
Например, как мои служанки, обливаясь слезами и моля о пощаде, признались, что от них требовалось выманить меня наружу, после чего закрыть дверь на балкон и активировать простейшее заклинание – магией на начальном уровне владела вся высококлассная прислуга в Эдессе.
Дита и Нида надеялись, что мою смерть посчитают несчастным случаем, а их вину так никто и не сможет доказать.
На это я украдкой вздохнула.
И пусть я стала свидетельницей лишь начала допроса, после чего, по приказу короля, меня увел Йосс – Эйдар заявил, что мне не надо этого видеть, – но я все-таки узнала причину.
Причину, по которой меня обрекли на смерть.
Рыдая и ползая по персиковому ковру у ног короля, служанки признались в том, что сперва они поддались на уговоры, а потом их принялись запугивать, лишив шанса отказаться.
– К родине? – угрожающе спросил у них Эйдар Карвайр.
Мрачный, убийственно-холодный, наделенный безграничной властью монарх Эдессы, он совсем недавно целовал меня на балконе, а теперь был готов обрушить клинок правосудия на головы тех, кто плел заговоры за его спиной.
По его глазам я видела, что о пощаде не может идти и речи."
"– О какой родине может идти речь?! – переспросил он. – Дахары – пришельцы в наш мир из-за гонения в своем. Ваш народ живет на землях за Рорским Перевалом исключительно потому, что мои предки позволили вам остаться в Эдессе. Но вы уже столько раз нарушали мирный договор, пролив реки нашей крови, что меня неудержимо тянет смести ваш мерзкий род с лица моей земли!
Тут снова заговорили они.
