Главная героиня поступает в Драконью академию, чтобы найти пропавших родителей. Её планы нарушает подозрительный целитель, обвинивший её в чёрной магии. Ей предстоит доказать свою невиновность и разгадать тайну исчезновения семьи, пока враг не помешал её миссии.
Ему не разрешалось летать нигде, кроме владений рода Хэг и окрестностей Замка-Артефакта, но иногда дядю могли вызвать во дворец, и возвращался он не в лучшем расположении духа.
— Ничего интересного, — рассеянно отозвался дядя, оглядывая меня с ног до головы, будто я могла сильно измениться за два месяца. — Всё как обычно. Род Эйль протолкнул в службу квизари ещё одного своего представителя, и боюсь, что достойный Каль-Хаарвен этим недоволен. Ему и одного Аргена хватало, который норовит выдвинуться по службе, а напарников выставить ни на что не способными дураками.
— А почему бы не выгнать этого Аргена? — недоумевала я, поднимаясь по ступенькам наверх, в столовую.
— Ему и всему роду Эйль во дворце покровительствует глава вашего факультета, Каль-Аэрд, — объяснил дядя.
Да уж, ссориться со старшим братом Хаарвен, надо полагать, не хотел! Я пожала плечами и выбросила всё это из головы, думая о другом. Нужно было озвучить свои догадки или задать вопросы дяде, но одно дело — мысли, а другое — слова, произнесенные вслух. Желала ли я это услышать?
Замок-Артефакт расстарался вовсю. Он наготовил таких блюд, чьих названий я и не знала. Искренне поблагодарив живой артефакт, зная, что, несмотря на ворчливость и своеобразный характер, он всегда готов сделать мне приятное, я подтянула к себе жареную рыбу на блюде.
— Давай уберу из неё кости, а то ещё подавишься, — немедленно прозвучал голос Замка, — знаю я тебя!
Я хихикнула и кивнула, тыкая в рыбу вилкой. Мне вдруг захотелось оттянуть время объяснений с дядей. Поэтому я отдала должное не только рыбе, но и мясу, которое было приготовлено каким-то особым образом, с грибами, и украшено зеленью.
Дядя был молчалив, только посматривал на меня и пил чай. У него, похоже, аппетита вовсе не было. Редкий случай! Я не помнила, чтобы дядя отказывался от еды.
— Ладно, Кэрхильд, — неожиданно заговорил он, когда я покончила с мясом, вытерла руки платочком и перешла к чашечке чая с лимоном и сахаром, — говори, что у тебя на уме. Я чувствую твоё смятение, вижу невысказанные вопросы, и это неспроста.
Ох уж эта его способность улавливать мои мысли! Я отставила чашку и выдавила из себя:
— Помнишь… там, во дворце, тринадцать лет назад, когда нас вызвал альгахри… и ты показал воспоминание…
— Да-да, помню, — спокойно отозвался дядя, бросая во вторую чашку чая кусочек сахара. Замок-Артефакт помалкивал, явно понимая, что разговор будет серьёзным, и лучше не вмешиваться.
