Автор
В Драконьей тени академия Яшмовой горы готовится к осенним экзаменах. Тренировки и драконы со всего Пиррии собрались здесь вместе, но даже сильнейшие из вас еще не знают всей правды о драконах. Каждое племя имеет свои тайны, а сама природа магии в мире драконов остается скрытой....
Когда я снова поведу армию ночных, нам не нужны новые хитроумные интриги. Такое будущее мне не нравится… но не нравится и то, где я убью тебя, потому что Луна никогда не простит. Друзей у меня не останется совсем, разве что зачарованные, а это совсем не одно и то же. Никто не поможет мне оставаться добрым, и что тогда получится, как думаешь?
– Главная твоя беда в том, что ты не можешь оставаться добрым сам, без подсказки, что убивать всех ледяных нехорошо, а подчинять волю своего отца…
– Он это заслужил! – зашипел Мракокрад.
– А ещё плохо то, что ты и сам не хочешь никаких подсказок, – покачал головой Вихрь. – Ты даже Ясновидицу не слушал, когда она пыталась.
– Нет, кое-что я могу и сам, – усмехнулся вдруг дракон. – Вот, слушай, и пусть слушают все ревнители драконьей морали! Я признаю, что убить Вихря может только злой дракон, а поскольку я не злой, то убивать его не стану… А всего лишь заберу серьгу и сделаю его своим лучшим другом!
– Нет, погоди… – Дракончик отшатнулся и прижался к стене, ощутив, как тяжело стукнулся о грудь кожаный мешочек.
– Что это? – с любопытством наклонил голову дракон.
– Ну, то есть как последние остатки твоей души пытаются меня спасти.
– Нет, что это жужжит? – Мракокрад тряхнул головой, словно отмахиваясь от комара.
Вихрь тоже прислушался и понял, что жужжание исходит из мешочка у него на шее. Он запустил когти внутрь и вытащил наружу ту штуковину, что нашёл у пустого бассейна в Ночном дворце. Стеклянные колбочки странных песочных часов, прежде неподвижные, теперь с жужжанием вращались.
– Где ты это взял?
– Нашёл в твоём дворце. Странно… теперь ещё вертится зачем-то.
Мракокрад свесил голову с уступа и присмотрелся. Вихрь снова навёл на него трубу и заглянул в другой конец, встречая изумлённый взгляд.
– Моё изобретение, – кивнул дракон. – Сделал для Глубина, очень-очень давно… то есть для меня не очень, но лет прошло много.
– Измеритель душ?
– Да, чтобы Глубин не волновался за наши души, когда мы применяли магию. – Взгляд Мракокрада смягчился, словно речь шла о каком-то другом Глубине, которого он любил. – Показывает, сколько в душе осталось добра.
Вращение постепенно замедлялось, наконец часы качнулись туда-сюда и замерли. Нижняя часть была почти полна белого песка, а в верхней осталось лишь несколько крупинок чёрного.
