Автор
В дремавшем лесу внезапно раздался жалобный свист. Ответом было призрачное зловещее шипение и подрагивание ветвей - это Драконяша явилась, приглашая отшельника нарушить вечную тишину леса. Но каждый шаг казался предвестием неизбежной встречи с кровожадным созданием, и Демон бежал молниеносными ускорениями по заснеженным русским березкам, теперь лишь вспоминая теплые дни их наслаждений....
Отворачиваюсь от активно изучающей обстановку кабинета Драконяши. Глазки ее светятся неподдельным любопытством, потому что за три дня своей жизни в моем доме, тут она — впервые.
Достаю телефон, набираю Львовне. Сейчас я эту старую курицу… Блять, разделаю на цыпленка табаки."
"— Антоша, — с места в карьер начинает Львовна, явно задницей чувствуя беду и интенсивно подстилая себе соломки, — Виталий Борисович лично приказал…
— Вера Львовна… — я лагаю, как старый пентиум, кашляю, но справляюсь с собой, — мне- глубоко похер на приказы Витали, ясно? Ты, Вера Львовна, моя домработница.
К концу фразы я вхожу в голос и, уже не сдерживаясь, гремлю на всю комнату.
— Так, а ну не ори на старушку, Антон! — тут же строжает Львовна, моментально напоминая мне, что в прошлом она — майор милиции. Именно милиции, а не полиции, а это — много говорит о человеке. — Тебе надо сдавать книгу. Все сроки просрал.
— Львовна, — ласково рычу я, — я ведь тебя уволю…
— Попробуй, Антоша, попробуй… — так же ласково, в тон, отвечает мне старая перечница, — а я посмотрю, через сколько часов, заметь, Антоша, не дней — часов, ты попросишь вернуться…
— Слишком ты нахальная стала, Львовна, — хриплю я, прикидывая, что будет, если она вдруг откажется у меня работать, и внутренне содрогаясь от одной только мысли об этом.
— Это ты, Антоша, стал много пить. Тебе книгу сдавать. Виталий Борисович расстраивается, что ни дозвониться, ни дописаться не может до тебя… И ребенку нечего плохой пример подавать… Она и без того нахлебалась…
Рычу, отрубая связь.
Слушать проповеди за свои бабки от своей же доработницы… До чего ты дошел, Буров?
Понимаю, что придется это проглотить все же.
С людьми я схожусь очень плохо, и они платят мне взаимностью.
Львовна, при всей ее нетолерантности ко мне лично, бесценный кадр.
Спокойная, с крепкой психикой, чистоплотная и вкусно готовит жрать то, что я люблю. Не болтает, не сплетничает, блюдет коммерческую и личную тайны.
терпит мои заскоки, хотя, какие у меня там заскоки?
Я же практически ангел, блять!
Правда, до нее ни одна домработница и недели не держалась.
А Львовна уже четвертый год тут. Приходит три раза в неделю, делает свои дела, в мои не лезет… До сегодняшнего дня.
