Автор
В дремавшем лесу внезапно раздался жалобный свист. Ответом было призрачное зловещее шипение и подрагивание ветвей - это Драконяша явилась, приглашая отшельника нарушить вечную тишину леса. Но каждый шаг казался предвестием неизбежной встречи с кровожадным созданием, и Демон бежал молниеносными ускорениями по заснеженным русским березкам, теперь лишь вспоминая теплые дни их наслаждений....
Захотелось прямо сейчас, прямо сегодня улететь подальше! Окунуться в другую жизнь! В конце концов, что меня тут держит? Сестра? Ей будет легче без меня. И без того выбивается из сил, оплачивая и школы мои, и универ…
А больше никого и не осталось, совсем.
Я еще раз перечитала контракт… И отправила запрос.
Дальше все было делом техники. Мне позвонили, пригласили, оценили… И закрутились вокруг с бешеной скоростью. Я не могла нормально реагировать, просто не успевала.
Паспорт, с которым прошла таможню, агент забрал на проставление штампов… Это я потом поняла, что обман, а в тот момент, рядом с еще шестью девчонками, вообще не задумывалась ни о чем.
Через пару часов, оказавшись запертой в тесной комнате, где нас было уже двадцать человек, я только по стене сползла от ужаса и осознания собственного идиотизма.
Как-то сразу пришло понимание, что никто не спасет, никто не поможет. Страшные истории про секс-рабынь я, конечно, знала, но никогда не соотносила с собой. Я же не дура! Не такая!
Ага.
Меня била крупная дрожь, в горле стояла страшная сухость, а голос пропал. Одни хрипы. И температура.
В итоге, я просто свалилась в обморок прямо там, на грязном полу тесной комнатенки.
Пришла в себя в странном помещении, похожем на больницу для бедных.
К моей руке была прикреплена капельница.
Сознание то появлялось, то пропадало. В таком состоянии я пробыла не меньше трех дней. До сих пор не знаю, почему люди, купившие меня, не избавились от балласта. Наверно, все же планировали отбить деньги?
Моя болезнь, которую позже, уже в России, определили как какой-то вирус с экзотическим названием, в итоге сослужила хорошую службу, потому что пришла я в себя и смогла полноценно передвигаться только через неделю.
Ко мне в больницу пришел русский мужик, один из тех, что привез нас сюда. Он осмотрел меня, хмурясь, а потом выдал неутешительный расклад:
— В тебя вложены бабки. И сейчас ты их будешь отрабатывать. Поняла? Иначе я тебя просто продам по частям.
Я хлопала ресницами, упорно отказываясь верить, что это все происходит со мной, а мужик с простым русским именем Миша продолжил:
— Ты красивая девка. Есть вариант нормально сразу подняться. Завтра клуб один открывается, если договоримся, пойдешь туда. Там только приличные люди, никаких диких извратов. Они своих девочек берегут. Но ты должна сама, поняла? Начнешь кусаться, будет херово. Ты вляпалась, должна понимать. Понимаешь же?
Я кивнула только заторможено.
