Встреча свадьбы не оставила равнодушной: я только улыбнулась сквозь слезы, наблюдая за бойцами из другого поселения, драконы, которых я недавно побеждала. После этого обмена взглядами старейшина предложил перемирие между нашими расами, и всё было на вес золота — до тех пор пока мое сердце не привязалось к их драконам....
— Как это понимать?
— Вывихнула.
— Как? — спросил он еще строже.
— Пьер ногу подвернул на обратном пути и схватился за Киру, и они вдвоем упали. Он ногу сломал, а Кира плечо вывихнула.
— Недоумок мелкий. Идите приводите себя в порядок, потом расскажешь как все прошло.
Карен помог мне раздеться и помыться. Точнее он меня полностью раздел и вымыл, и не давал ему помогать. Потом закутал в полотенце и усадил на кровати.
— А вытереть?
— Пусть вода впитается, а я быстро покупаюсь.
— Я же замерзну, — сказала я когда он зашел в ванну и стала сама вытираться.
"Рукой действительно было больно двигать и я старалась вытираться правой. Муж вышел уже сухим. Взял мое полотенце, стал меня вытирать и целовать то в плечо, по спину. Кода он дотронулся к больному плечу я вздрогнула.
— Прости, я не хотел сделать тебе больно.
— Ни чего страшного, помоги мне одеться.
После чего пошли на завтрак. Трапеза прошла в молчании, его мама выглядела обеспокоенной. После еды сказала:
— Я пойду полежу.
— Иди конечно, — сказала мама.
Легла в кровать, посмотрела на браслет и он же амулет. Собралась с духом и запустила процесс восстановления. Боль умножилась многократно и я через несколько минут потеряла сознание.
— Что она сделала? — спросил Арон заходя в комнату.
— Ты о чем? — спросил удивленно Карен — Она легла отдохнуть.
— Меня волнует ее бледность. Давно она легла?
— Сразу после завтрака, на обед не вставала, — сказала мама. — Что не так?
— Это уже часов шесть прошло.
Арен присел рядом со мной, попробовал лоб, приоткрыл глаза.
— Ауч, вот умная девочка. И дура одновременно!
— Что случилось? — спросил Карен.
— Она соображает в лечебной магии и запустила ускоренное восстановление.
— И что здесь плохого? — не понял его брат.
— А то, что боль которую испытает она усиливается многократно и длиться это сейчас посчитаю. Семь бусин, значит семь часов. В молодости и с несерьезными травмами это еще ладно.
— У каждого свой болевой порог, — сказала я тихо, открыв глаза — и это еще не мой предел.
— Ты что ли проверяла?
— По не многу, с переломами немного сложней. Но все можно перетерпеть. Тем более если просто отключаешься.
— А как же нагрузка на сердце?
— Тренироваться нужно, чтобы сердце было здоровым, — попыталась я огрызнуться.
