Автор
Три подруги, разлученные прошлым, встречаются вновь на школьном балу. Пенни по‑прежнему тайно влюблена в красавца Люка, не подозревая о его чувствах. Tейлор и Кэтрин скрывают свои секреты. Смешные ситуации, неожиданные повороты и романтика переплетаются в истории о преодолении разногласий,...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Drama Queens, или Переполох на школьном балу» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Три подруги, разлученные прошлым, встречаются вновь на школьном балу. Пенни по‑прежнему тайно влюблена в красавца Люка, не подозревая о его чувствах. Tейлор и Кэтрин скрывают свои секреты. Смешные ситуации, неожиданные повороты и романтика переплетаются в истории о преодолении разногласий,...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Три подруги, разлученные прошлым, встречаются вновь на школьном балу. Пенни по‑прежнему тайно влюблена в красавца Люка, не подозревая о его чувствах. Tейлор и Кэтрин скрывают свои секреты. Смешные ситуации, неожиданные повороты и романтика переплетаются в истории о преодолении разногласий,...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Беззащитная, в нелепом, как у зефирной принцессы, платье, в его руках и под Штрауса, который писал свои вальсы явно не для такой коротконогой калеки.
– Неправда.
– Правда! Зовешь меня Понни! Малышом, крошкой!
Кажется, Люк начал двигаться быстрее, но так как Пенни не успевала за ним, то болталась у него в руках, подпрыгивая и зависая в воздухе, вместо того чтобы делать шаги. В конце концов он прижал ее к себе так крепко, что ей и не нужно было ничего делать. Примерно так с ней вальсировал в детстве отец. Как с маленькой.
– Что плохого в том, чтобы быть крошкой?
– Что хорошего в том, чтобы быть для парня МАЛЫШОМ?
– А я для тебя парень? То есть не друг, не брат, не добрый сосед?
Они уже кричали, Штраус разгонялся, и танец превратился в головокружительную карусель. Платье Пенни развевалось; быть может, это выглядело красиво, но танцоры ничего не замечали.
– То есть я для тебя не сестра, не подруга и не добрая соседка Пенни?! Ты ведешь себя со мной как с ребенком! Надо мной смеется вся школа, считая, что я заманила тебя в свою жизнь шантажом!
– А ты их слушаешь?
– Когда ты невидимка, слышно все!
– Для меня ты не невидимка!
– Да что ты? Конечно, я для тебя малышка Понни!
– Если ты забыла, когда‑то я выбрал тебя!
– Если ты забыл, это было… случайно!
– Случайно?
– Абсолютно!
– Так ты считаешь?
– Да, так. Мне уже не двенадцать!
– Я заметил!
Музыка оборвалась, потому что на очередном круге танцующие сбили с каминной полки айпод, и тот с глухим стуком ударился об пол. Оба тяжело дышали, сверля друг друга взглядами, и у Пенни губы покалывало иголочками от близкого дыхания Люка, которое будто становилось ее собственным.
В животе роились раскаленные пчелы, и парочка атаковала сердце; по крайней мере, при каждом
сокращении оно болело словно укушенное. Из-за этих пчел хотелось плакать, потому что боль была хотя и сладкой, но ощутимой. Тело ломило так, будто ему недоставало какого‑то важного элемента. Хотелось, чтобы кто‑то помог, дал таблетку, угомонил пчел и их жужжание в ушах, чтобы они отстали уже от сердца, что оно им сделало? Пенни больше не злилась, а только взглядом умоляла Люка прекратить пытку.
– Люк, – всхлипнула она. – Уйди.
Он прижался лбом к ее лбу. Крепко, до саднящей боли. Руки отпустили талию и зарылись в ее волосы. Она только теперь поняла, что стоит не на полу, а на банкетке. Люк тяжело дышал, Пенни же перестала дышать в тот момент, когда его большие пальцы прошлись по краю ее лица, коснулись губ и подбородка. Пчелы в животе просто обезумели, Пенни их ненавидела. И то, что прижимается к ладони Люка, и что не отрывает лба от его лба, и что их губы разделяет меньше дюйма, кажется, было самым невыносимым. Видимо, их вечно будет что‑то разделять.
– Ты для меня не ребенок, Пенни.
– Докажи.
