В кабинете СМИ я выглядела подчеркнуто спокойной — все знали, что это видимо, самое важное интервью в своей карьере. Но внутри меня каждый раз теснила неуверенность. Атмосфера здесь была наполнена тревогой и ожиданием: люди ждали неожиданных ответов, которые могли перевернуть всю мою жизнь....
Елене я была не нужна, и обижаться на это было глупо, а у бабушки всегда полный ежедневник встреч и планов. Она, конечно, находила для меня время, но случалось это довольно редко. Я жила одна в чужом, огромном городе, ходила на лекции, занималась на курсах иностранных языков, на которые меня устроила бабушка, и ещё нашла время для подработки. Быть нахлебницей не хотелось, я чувствовала неловкость каждый раз, когда отец давал мне денег на расходы. Решила, что мне достаточно помощи с оплатой учебы и квартплатой.
– Где ты работаешь? – удивился отец, когда спустя пару месяцев узнал о моём досуге.
Я легко пожала плечами.
– В фаст-фуде.
– Ты с ума сошла! А вдруг кто-то узнает?
– Никто не узнает, пап, – заверила я его. – Зато у меня есть свои деньги.
Родион тяжело качнул головой.
– Не понимаю я этого. Чтобы моя дочь с подносом бегала?
Я улыбнулась.
– А я и не бегаю. Я за кассой стою. Да и что страшного в подносах? Я с пятнадцати лет так летом подрабатывала.
Отец с наигранной маетой во взгляде глянул на жену.
– Лена, я тебя прошу, реши эту проблему. У меня сейчас нет ни сил, ни времени. Мне через неделю уезжать на Урал, пропаду на съемках на пару месяцев. А что здесь происходить будет?
Елена растянула губы в вынужденной улыбке.
– Я все решу, Родион.
Её обещание и тон меня несколько насторожили. Как и что она может решить? Запретить мне подрабатывать?
Но надо знать Елену. Моя мачеха чужие проблемы (а я была для неё чужим человеком, наверное, таковым до сих пор и осталась) не любила, но надо отдать ей должное, решить могла любую.
– Тебе же нужна языковая практика, – сообщила она. – У моего знакомого фирма по оказанию услуг, требуются переводчики, девушки и молодые люди, которые будут сопровождать иностранных гостей на мероприятиях, форумах и встречах.
Надо признать, что я была под впечатлением. О такой работе я даже мечтать не могла. И поэтому от всей души, со всей искренностью сказала мачехе:
– Спасибо большое.
– Не за что, – легко отозвалась та.
