Вдали от шумных городских хлопот, вдоль незапланированных берегов Новой Зеландии кипела тайна. На Тихом океане солнце медленно исчезает за горизонтом, окрашивая облака в рубиново-перламутровый цвет. Над волнами плывет атмосфера древних секретов и недавнего уходящего времени....
— Разорву тебя! Разорву на куски!!!
Белая как мел Веста подняла с пола упавшую во время потасовки погребальную урну.
— Сережа, спаси меня, — всхлипнула она, прижимая ее к себе. — Я уже не могу. У меня… У меня больше нет сил.
Матерясь, Багор с трудом поднялся на ноги. Нож все еще был в его руке, костяшки грубых пальцев побелели от напряжения.
— Ты… — выдохнул он, с бешенством уставившись на замершую Весту. — Что ты натворила, блевотина?!
Шаркая грубыми ботинками по скомканному коврику, он медленно приближался к Весте.
— Разорву, — повторил Багор, замахиваясь ножом.
Лезвие ударилось в урну, скользнув по указательному пальцу Весты. На рассеченной коже вновь показалась кровь.
— Сережа, помоги мне, — сдавленным голосом взмолилась Веста.
Взревев, Багор бросился вперед. Ослепленный болью и яростью, он беспорядочно махал ножом, а Веста, как могла, загораживалась от ударов погребальной урной.
В какой-то момент острие клинка попало в скрипичный ключ, сковырнув золотистую краску, и по корпусу урны пошла глубокая трещина.
— Убью… — прохрипел Багор.
Очередной взмах ножа, и урна, хрустнув, развалилась. В каюте ощутимо запахло пылью и тленом.
Веста громко закричала. Неверяще глядя на прах, рассыпавшийся грязно-серой мукообразной кучкой, она опустилась вниз, бестолково перебирая и гладя ее окровавленными пальцами.
— Сережа? — благоговейным шепотом спросила она.
Багор застыл, нависнув над женщиной. Он тяжело, с присвистом дышал, с кончика карандаша, застрявшего в глазнице, мутно-розовым киселем, капля за калей стекали остатки глаза вперемешку с кровью.
— Вставай, — заклокотал он. Его рука потянулась к забинтованной голове Весты. Он стукнул кулаком по засохшему пятну крови, и Веста застонала. — Вставай, жирная свинья.
Она подняла голову.
Если бы Багор был чуть внимательнее, он обязательно обратил бы внимание, что правый кулак женщины был крепко сжат.
— Ты убил Сережу, — произнесла она, и в голосе чувствовалось неприкрытое изумление.
— Твой гребанный брат сдох много лет назад! — заорал Багор, делая шаг назад. — Быстро наружу!!!
Веста выпрямилась и молниеносным движением швырнула горсть праха в его залитое кровью лицо. Багор издаль хриплый вопль, отпрянув в сторону, в то время как Веста схватила громадную вазу с полки, доверху заполненную фруктами. Вывалив на пол груши с пепино[14], она с ревом кинулась на топтавшегося Багра, который остервенело тер уцелевший глаз.
