Вдали от шумных городских хлопот, вдоль незапланированных берегов Новой Зеландии кипела тайна. На Тихом океане солнце медленно исчезает за горизонтом, окрашивая облака в рубиново-перламутровый цвет. Над волнами плывет атмосфера древних секретов и недавнего уходящего времени....
Ты в курсе, что когда они голодны, то пожирают птенцов своих сородичей? И даже своих собственных? Ты бы мог съесть собственного ребенка?
— Помогите!!! — заорал Павел. — Не трогай меня, шизофреничка!
Веста ударила его по щеке, и тот замер, часто моргая глазами.
— Я еще не закончила свой рассказ, — пояснила она. — Возьми себя в руки. В конце концов, ты все-таки мужик. Полюбуйся лучше на небо. Скоро закат.
Она махнула рукой, и Павел с ошалелым видом проследил за жестом супруги.
«Она убьет меня. Убьет. Убьет»
Эта мысль сверлила голову, с треском расщепляя кости черепа и вонзаясь в нежную мякоть мозгового вещества.
— …шло время, и они продолжали дружить. Можно сказать, мальчик с девочкой даже полюбили друг друга. Вот только никто из них не мог признаться в этом первым. Их музыкальные эксперименты продолжались. Мальчик, точнее, уже юноша, раздобыл вазы из толстого стекла. Туда могли поместиться не только крысы, но и кошки, и даже собаки.
Веста скрылась в трюме, а когда вновь появилась наружу, в ее руках был продолговатый сверток из брезента, в котором что-то позвякивало, а зубами она сжимала отвертку, напоминая пирата с ножом во рту. С гулким стуком она свалила сверток на палубу.
Знаешь, что самое поразительное? — спросила Веста, вынув изо рта отвертку.
Веста встала на карачки, и ее огромные груди тяжело заколыхались. Отверткой она сковырнула две пластиковые заглушки с палубы, расположенные у бортов.
