В дремучем лесу царит ночной безмолвие, когда светловолосый ученый готовится к своей следующей жертве. Каждое движение скрыто и предсказуемо, как будто он знает все детали наизусть - от того места, где остановиться, до мышцы, которую нужно подрезать. Секунду спустя раздастся хрип, но не вопль мученика — его звуки будут лишь похожими на бульканье воды....
И прости, но я точно буду сравнивать тебя с Розой. Какой твой следующий шаг?
– Профессор, может переместимся на заднее сиденье?
– Хорошая идея, милая.
От такого обращения к тебе ты аж губу закусываешь, ну что ты, я так обращаюсь ко всем. Не надумывай. Я выхожу из машины и пересаживаюсь, мисс Мур же просто перелезла на заднее сиденье. Тонированные стекла скрывают нас от взгляда прохожих. Ее стеснение в глазах – это так мило, особенно в сочетании с откровенным топом и короткой юбкой. Она приподнимает юбку и устраивается сверху на моих коленях.
Я запускаю руку в твои трусики, какая же ты уже мокрая, милая.
А я знаю все нужные точки. И чувствую, как клитор твердеет и набухает от каждого моего движения, а пальцы уже утопают во влаге. Ты так и хочешь, чтобы я засунул пальцы в тебя, твоя возбужденная грудь трется о мою белую рубашку, от этого твои соски твердеют еще сильнее.
– Профессор, пожалуйста."
"Ты шепчешь мне куда-то в шею и оставляя мокрые следы от языка на моей коже. Совсем недавно мисс Петерсон вытирала оттуда каплю крови. Ты начинаешь расстегивать мой ремень и брюки дрожащими руками, молодец, милая.
