Сентябрь. Встречают начало осени — но это обычное время года для меня. Идешь по улицам, охлажденный дождем, чувствуя легкую задумчивость. Жизнь шла своим чередом, пока не наступила эта пора: в один прекрасный день — или скорее ужасный — моя жизнь начала переворачиваться с ног на голову и больше никогда не возвращалась к прежней轨道....
— Я не обиделась, — солгала она, я продолжал пристально на нее смотреть. — Ладно, я уже не обижаюсь.
— Спасибо, — поблагодарил я, и она испарилась.
Я принялся собираться, выключил ноутбук, положил в карман ключи и телефон, надел куртку и вышел за дверь.
Погода действительно была замечательная. Без шапки было совершенно не холодно, ветра не было.
Я просто бесцельно пошел по улице. Когда еще выдастся такая погода, скоро завьюжит, и все, жди тепла до весны.
Может быть, Жанна права, и не стоит тянуть, прийти вечером и рассказать, Диме всю правду? Как он отреагирует? Будет ли он в таком же шоке, как и я.
На автобусной остановке я сел в первый попавшийся автобус, даже не посмотрев на его номер. Мне было все равно, куда он едет. Я вышел на улицу, чтобы подумать, мое перемещение не имело никакой цели.
Мимо проносился город, люди входили и выходили на остановках, я не обращал на них внимания, не запоминал лиц. На одной из остановок в автобус зашел призрак старичка с палочкой, прошел через салон и разместился на заднем сидении. Видимо, он недавно умер, и обрел еще свой истинный облик, а при жизни очень привык к своему возрасту и палочке.
Старичок весело мне подмигнул. Я улыбнулся уголком губ, чтобы не привлекать к себе внимания.
Автобус ехал через весь город почти целый час, признаться, я не особо вглядывался в проносящиеся мимо названия улиц, поэтому удивился, когда водитель объявил:
— Конечная!"
"Я послушно поднялся со своего сидения и вышел из автобуса.
Я понял, что сам того не желая, приехал на кладбище. Что ж, может, оно и к лучшему, давненько я тут не был. А ведь я обещал навестить Прохоровича.
И я направился к воротам, ведущим на само кладбище. Меня встретили безмолвные ряды могил и ржавых оградок. Кладбище всегда навевает тоску, особенно в преддверии зимы, когда все деревья уже голые, а снег еще не выпал.
Призраки, бродящие по кладбищу, оборачивались на меня, перешептывались, некоторые даже бессовестно показывали пальцами в мою сторону.
— Это он! Он! — услышал я несколько раз, но никто так и не решился обратиться непосредственно ко мне.
