По Рязанской улице, где автобусные остановки кажутся центрами местного веселья, в сумерках собиралась компания ночных прохожих. Однако небо над городом казалось грустным и таинственным, ни малейших признаков радости или счастья в его глубинах. Люди верили прогнозам телеканалов, забывая о том, что прогнозы всегда предшествуют несчастьям....
У майора была с собой рация?
– Конечно, и вчера была.
– На связь он так и не выходил?
– Это мне неизвестно. Радист в ангаре. Он должен знать.
Как не хотелось встречаться с прапорщиком, но пришлось. Вежновец спустился, держал путь к ангарам. За дверью знакомого здания слышались неразборчивые голоса. Когда он вошел, диалог тут же прекратился, и чекист в который раз за утро почувствовал себя лишним. Десантник что-то докладывал прапорщику, сидевшему на ящике.
– Языков отстреливаем, товарищ капитан? – прапорщик недобро посмотрел на чекиста.
– Это бандит. При попытке к бегству…
– Приговорили до суда, значит, – десантник бесцеремонно перебил Вежновца.
– Какого суда? Ты что, выездную сессию устроить собрался?
– Я про другой суд говорю, – он погладил прислоненный к ящику ручной пулемет, – труда чужого тебе не жалко. Лавров жизнью рисковал, а ты его раньше времени в расход пустил. Может, причины какие были? – прапорщик пытливо заглянул в лицо чекиста.
– Я перед тобой отчитываться не буду, – отрезал Вежновец.
– Добро, капитан, – прапорщик согласно кивнул, – ежели субординацию не соблюдать, никакого порядку не будет.
– Майор на связь выходил?
– Нет, – хитро ухмыльнулся прапорщик, – Панов выходил… товарищ капитан. Лаврова рядом не было, на разведку ушел. Панов передал, что они возвращаются в лагерь.
– Значит, Лавров с ним?
– Выходит, так, – прапор ухмыльнулся, – за сержантом Пановым галлюцинаций ранее замечено не было.
– Что он еще сказал? Машину настигли?
– Связь прервалась, рация у них повреждена. Обещал наладить. Сказал, что выйдет на связь, когда майор вернется.
«Еще не факт, что он их догнал. Надо самому поговорить с Лавровым».
– Наладьте мне с ним связь, – чекист повернулся и пошел к выходу. – Где пассажиры?
– В соседнем, слева."
"Войдя в ангар с пассажирами авиалайнера, Вежновцу сразу бросилось в глаза отсутствие Ларисы. В помещении находилось с десяток чернокожих женщин.
– Здесь была русская женщина. Где она?
Африканки, все как одна, с непониманием переглянулись и залопотали. Павел повернулся к русским и повторил вопрос.
– Она под утро рванула куда-то. Как только стрельба началась, сразу и убежала.
– Куда?
– Не знаем, – бортмеханик развел руками.
– Мы, как выстрелы услышали… – второй пилот глупо захихикал.
