— А ну замолкните, щеглы, — шиплю на них, и сразу глазки у парней начинают бегать. — Ясмина?
— Вы ведёте себя грубо, — отвечает красотка, но без всякого укора.
— Чуть отстанем от этих малолеток, хорошо? — Предлагаю, проигнорировав критику.
— Ладно, но только потому, что вы долго ко мне ехали, — ответила с нотками иронии и вышла из строя за мной."
"Встали в сторонке, смотрим друг на друга. Не могу перестать восхищаться завораживающими раскосыми глазищами, всё вокруг за пеленой тумана. Всё вокруг неважно.
— Так что у вас стряслось? — Спрашивает неожиданно участливо.
— Да тут много всего приключилось, но если есть время, я расскажу.
— Простите, времени совсем нет, — встрепенулась и поспешила за группой. Двинул и я, поравнявшись.
— Я думала, что больше вас… — начала.
— Тебя, — поправил.
— Я думала, что больше тебя не увижу.
— Это почему же? — Интересуюсь, не отрывая от её профиля взгляда и вылавливая каждый пунктик на лице.
— Ты же нарвался на одного из Золотой троицы, — заявляет.
— Золотой троицы? — Улыбаюсь.
Улыбается в ответ и поясняет:
— Максимилиан, Ростих и Таислав. «Золотой троицей» их называют потому, что они ведут себя на уроках, как хотят. Положение им позволяет нарушать дисциплину и проявлять неуважение к учителям.
— А, ты про тех ребят в Чудо-барахолке? Хотели меня в лесу прикончить без свидетелей, и сами еле ноги унесли.
— Вот же… недостойные, — комментирует Ясмина в сердцах. — А Максимилиан всем кичился, что ты пощады просил на коленях.
— Это с двумя фонариками–то?
— Какими фонариками? — Спросила с удивлением, взглянув мельком.
— Под глазами, я ж нос разбил этому недомагу.
— Вот оно что, — усмехнулась малышка. — А он объяснил свои синяки, что с утра на посох свой напоролся.
— Морозова не даст соврать, она подоспела в конце и спасла их подлые шкуры.
— Вы… ты знаком с госпожой Морозовой? — Поинтересовалась, снова посмотрев на меня глазищами своими, распахнутыми от удивления ещё больше.
— Да, мы вместе с ней высшего упыря и его приспешников перебили в Каменцах, — похвастал, не удержавшись.
Ну как дитё малое. Где моё мужество⁈
— Слышала об этом. Так это от тебя она в таком восторге. Признаться, приятно удивлена.
— За эту заслугу с января меня зачислят в паладины, будем видеться чаще, — заявляю воодушевлённо.
— Ну и славно, — комментирует неожиданно скромно.
Бабочки в животе тут же приземляются обратно.
— Ты не рада? — Уточняю на всякий пожарный случай.
— Отчего ж не порадоваться, — ответила неуверенно, после недолгой паузы.
Посматривает теперь застенчиво. Щёки ещё больше разрумянились.
Вижу, что группа на поле, обрамлённом восемью колоннами, уже встала, адепты чуть разбрелись и на нас поглядывают. Ещё метров пятьдесят, и мы тоже туда дойдём.