Хай — кик в челюсть любого быка бы вырубил, если бы достиг цели. Но в самый последний момент Ижеслав резко поднырнул, подавшись вперёд. И моя нога пронеслась мимо.
Не давая возможности схватить меня, перекатился и поднялся, готовый снова ринуться в бой. Толпа загалдела радостно. Меня начали хвалить, отчего сотник разозлился ещё больше. И двинулся уже как борец с широко расставленными руками, но хромоты скрыть ему не удалось.
Почти зажатый к толпе, я сделал ложный выпад вправо и бросился влево, долбанув снова по той же ноге! Он бы мог успеть меня заблокировать, если бы опорная нога не шалила. Но, увы.
Ижеслав коротко вскрикнул, впервые не сумев сдержаться. В толпе стали посмеиваться и подкалывать сотника.
Тот зарычал как медведь, рванул было снова, но захромал сильно, после чего его спесь сошла на нет.
Но мне этого не нужно.
— Ноешь, как твоя Маша, — ухмыльнулся я.
И тут же пожалел о сказанном! Ижеслав неожиданно резво бросился на меня, больше не хромая!
Твою ж мать! Я не взял в расчёт, что лечащий амулет может сработать так быстро! Деваться некуда, пришлось встречать. И у меня лишь одна попытка.
В последний момент я мотнулся, воспользовавшись толчком корней, как пружиной, и его кулак прошёл вскользь по щеке. Провалив противника, я выбросил руку вперёд и угодил кулаком прямо под скулу. В такую квадратную ряху промахнуться в принципе невозможно. Кисть прострелило от острой боли. Но Ижеслав не вырубился, только на мгновение потерялся и осел.
Но этого мне было достаточно, чтобы вырваться из тисков. Оказавшись за спиной, рванул с него цепь, ощущая некое магическое сопротивление, взял его шею в замок и обвил ногами живот. Понимая, что он вот — вот скинет меня как котёнка, легко расцепив хват, я обвил его шею всеми корнями, что во мне сидели и стянул сильнее!
И только тогда противник захрипел да задёргался. Пару раз попытался дать мне кулаком, но собственные мышцы помешали, да и я прижимал голову, получая лишь вскользь. Затем он попробовал расцепить, и легко бы справился, если бы не сросшиеся корни. Так и сел на задницу, а затем на меня завалился тяжёлой тушей уже без сознания.
Вылез из — под него кое — как под восторженные крики зевак. И посмотрел на ошалелые лица дружинников.
— Мал да удал, — высказались из толпы.
— Раз плюнуть, — усмехнулся я и кивнул дружинникам. — Что, олухи?
Отшатнулись морды. Никто не вякает. А я едва скрываю дрожь, мышцы все забились. Сил не осталось.
Но первая часть плана успешно реализована, с этой мыслью я прикарманил себе его амулет.
Дружки подскочили и быстро растормошили Ижеслава.
— Ну ты и слабак, — бросил я ему.
Толпа разразилась хохотом.
— Ах ты нечисть! — Взревел сотник и сорвал со спины товарища арбалет.
— Эй! Ты что! — Крикнул я.