Автор
Четырнадцатый год прошел мимо без заметных изменений. Но вот что-то изменилось — это стало для меня наркотиком, нечто вроде привычки или даже увлечения, но больше напоминающее зависимость. Теперь каждое дело вызывает сиюминутное желание заставить этих самоуверенных мерзавцев испытать то же чувство независимости и силы, что и я — только в переносном смысле, ведь не стоит забывать о законности....
А забрать… Заберем, конечно, все заберем! И драгоценности, и деньги! Я еще имею право на половину дохода с его бизнеса, между прочим. По закону. Так что с голоду мы не умрем. На свою долю куплю трехкомнатную квартиру… Нет, коттедж! Не хватало еще нам жить в этих высотках-«общагах». Только свой дом! Заведем горничную, садовника… Надо срочно найти хорошего адвоката. Есть у меня одна подруга… У нее половина города знакомых! Сейчас я ей позвоню…
– Не могла у меня все побрякушки держать! Не доверяешь, что ли? – продолжать ворчать Зарчик.
– Как я могла держать их у тебя? У тебя сейфа нет… Алло! Ленусь! Привет, это Лиза. Как ты? Ничего?.. Ладно, потом поболтаем, при встрече. У меня дело суперсрочное… Ты слышала?.. Да, Ленок, развожусь… Этот урод меня уже достал!.. И не говори! Скотина!.. Ленусь, но мне теперь адвокат нужен. Хороший. Дорогой… Да, понимаю… Кстати, ты мне денег не одолжишь на первое время? Да? Вот спасибо!.. Когда подъехать?.. Уже еду, жди!
Из «прослушки» послышались какие-то шорохи, стук… Очевидно, мадам Епифанцева затеяла сборы.
– Все, дорогой, давай… Будь паинькой… Приеду, смотаемся в какое-нибудь кафе, пообедаем…
Через пару минут Елизавета Андреевна показалась в дверях подъезда в мини-юбке, в сабо на головокружительной платформе и огромных солнечных очках. Она села в свою машину и буквально вылетела из двора. В ту же секунду из «прослушки» раздался голос ее бойфренда:
– Привет, Мишаня!
Я тут же сориентировалась и включила запись.
"– …Это я… Моя корова уехала по делам… Разводиться собралась, идиотка! Адвоката ищет… Да, не говори! Бывают же такие дуры!.. Слушай, а как там насчет нашей добычи?.. Она говорит, что у нее двадцатка была в кошельке. Плюс перстень, плюс «сотовик»… Что?.. Корова говорит, что ее «сотовик» не меньше сороковника стоит… Ну, за перстень Терентий больше сотки не даст, да он больше и не стоит… А другие побрякушки еще на полсотни потянут.
Молодой красавец заржал как здоровый жеребец.
– Так ты мою долю там припаси, на днях я за ней заскочу… Ну, давай!
В «прослушке» все стихло, и я выключила запись. Потом полилась душевная мелодия Фаусто Папетти. Сентиментальный аферист! Утонченность натуры у него чудесным образом сочеталась с пошлостью и цинизмом.
