Греков было больше, но никакое численное преимущество не могло помочь им взобраться на троянские стены. Все-таки дядя Посейдон и брат Феб строителями неплохими были и стены отгрохали в стиле Зураба Церетели. Ба-альшие такие.
И топтание под троянскими стенами могло продолжаться еще очень и очень долго. Десять лет длилась осада, а могла бы и все сто. Ахейцы обзавелись наложницами и нарожали детей, троянцы вообще у себя дома были и размножаться им никто не мешал.
Но Трою пришлось сдать.
Слишком уж папа был на троянцев злой. И за десять лет ни на полградуса не остыл. Илион должен быть разрушен, говорит и доводов разума, то есть моих, слушать не хочет.
А сам понимаешь, если папа себе что в голову вобьет, никакой психоаналитик не поможет.
Если бы Трою не разрушили войска Агамемнона, он сделал бы это сам, молниями с небес.
И если в первом варианте еще хоть кто-то мог уцелеть, то после второго уж точно бы ничего не осталось. Даже Шлиман бы ничего не нашел.
Аполлон весь в папу. Такой же осел упрямый. Долго я этого руководителя партизанского движения уламывал, а он все ни в какую. Не бывать, говорит, этому, и все. Но уболтал я его в конце концов. Свернул он свою антиотцовскую кампанию, и Илион остался без покровительства сверху.
Тут опять мой внучок подсуетился. Я понимаю, что сегодняшнему человеку идея со статуей лошади кажется довольно глупой, но тогда она сработала. Пришлось для этого пару сомневающихся троянцев змеям морским скормить, но, сам понимаешь, они все равно не жильцы были. Вот и провернули мы историю с троянским конем. Конь, кстати, здоровенный был, три корабля на его постройку пошло. Зураб Церетели обзавидовался бы.
Правда, папа продолжал настаивать на нашей экспансии, однако удалось уговорить его на более долгосрочный вариант. Помогли мы одному из троянцев из горящего города выбраться и отправили его в плавание. Посейдона попросили, чтоб он за кораблем присмотрел, ветров попросили в паруса ему дуть. В общем, добрался он до материка и основал город.
Паренька звали Энеем. А город чуть позже назвали Римом.
Я даже уговорил папу, чтобы в Италии у нас другие имена были. Чтобы никто не догадался, что римский пантеон и греческий – одно и то же. Правда, потом все равно догадались.
И завоевательные войны могучей Римской империи были не чем иным, как попытками продолжить то, чего папа не сумел добиться из-за Троянской войны. Распространения власти Зевса-Юпитера по всему миру.
Одно время все шло хорошо, а потом случилось то, чего я боялся больше всего: в игру вступили суровые скандинавские парни, и их варвары разрушили Рим к Тартаровой матери.
Но начало было положено, и религиозные войны стали вспыхивать по всему миру чаще и чаще.
И Троянская война по сравнению с остальными была самой безобидной.
Боги ревнивы.