Власть меня уже искушала, деньги искушали, что у нас на очереди?
Устою ли и в третий раз?
За окном – хоть глаз выколи. Жалко, некому глаза колоть. Не будешь же на самом себе такие живодерские опыты ставить. Облаков – и тех не видно.
Опять дверь открывается. Кого теперь нелегкая принесла?
Порно, богиня разврата. Секса, то есть. Обратите внимание, не любви, а именно секса.
Идем путем наименьшего сопротивления.
Где у нас любовь, а где – секс.
Любовь, как говорится, не каждому дана. А секс – каждому. Монахи не в счет. Никто не знает, чем они там в своих кельях занимаются.
– Можно? – Голос томный, бархатный. Обволакивает.
– А почему так официально?
Наряд все тот же. Черные чулки с подвязками, кружевной лифчик, перчатки тоже кружевные, до локтей. Туфли на шпильке, сантиметров двадцать высотой та шпилька. И все черное.
Мечта охваченного либидо подростка.
Косметики на ней минимум. Губы накрашены, глаза. Зато духи…
Как она поближе подошла, я аромат вдохнул и…
Гм. Есть вещи, о которых порядочные люди даже в кругу друзей не рассказывают.
А придется рассказывать, куда ж против исторической справедливости попрешь?
– Можно, я буду звать тебя Герой?
– Конечно, – сказал я. Пусть зовет меня как угодно. только пусть не уходит. Пусть поближе подойдет. Еще тоже. Еще.
– Хороший мальчик. – В этот момент я был готов завыть от счастья. Она меня похвалила! Я – хороший!
Брюнетка. Большинство предпочитает блондинок, а я вот брюнеток люблю. Особенно таких. Просто обожаю.
Обнимаю. Теплая. Мягкая. Приятная. Выпуклая там, где должна быть выпуклой. Ой, держите меня семеро!
– Извини, – сказал я. Это во мне остатки мага проснулись. Трезвого и здравомыслящего. – Должен предупредить, что я в тебя не верю.
– И не надо, – шепнула она мне в ухо, одновременно нежно его покусывая, отчего я готов был взвыть. От удовольствия, разумеется. – Мне не надо, чтобы ты в меня верил. Достаточно того, что ты меня хочешь. Ведь ты меня хочешь?
– Очень, – выдохнул я.
– Хороший мальчик, – повторила она.
Губы ее, полные, манящие, обещающие несказанные удовольствия, находились в сантиметре от моего лица, и я их поцеловал.
Поцелуй был долгим и крепким, как и положено, со сплетением языков и прочими прелестями. И когда ее руки обвили мою шею, а ноги – торс, остатки трезвого и здравомыслящего мага во мне куда-то улетучились.
Когда сознание ко мне вернулось, мы лежали в постели. Я был голый, а она сняла только туфли. Она возлежала на подушках, как и положено богине, а я сосал пальчик на ее левой ноге.
– Хороший мальчик, – сказала она.
Она погладила меня по голове.
Глава тридцать первая. ПРОБУЖДЕНИЕ БЛУДНОГО МАГА
Проснулся я, и понял, что это хорошо.