Древнее китайское проклятие — читать онлайн бесплатно полностью

 – Я – Ларри Питтер, и вот моя волшебная карточка!

Он размахивал в воздухе куском пластмассы, подозрительно похожим на кредитную карточку «Виза».

– А ты еще и не в ту страну, мальчик, – сказал Роман. – Пойди умойся, а то чернила с шрама текут.

Глава пятьдесят четвертая. КОНЕЦ ЗАТМЕНИЯ И НЕБОЛЬШОЙ ЛОКАЛЬНЫЙ АРМАГЕДДОН

Проснулся утром. Один. Ушла? Знает, что я ни минуты без нее не могу.

Ошейник на шее. Кандалы на руках. Как я их раньше не замечал? К чему цепи, если Любовь?

А может, это не любовь? Раз цепи. Какая уж тут любовь.

А это что за тряпка на шее болтается?

Когда же ты вернешься, любимая?

– У нас могут быть проблемы, сестричка. Работа не выполнена еще и наполовину, а он все чаще возвращается. Теперь его ни на минуту нельзя оставлять.

– Нужны более радикальные меры, братец. И я их приму.

– Нет, я передумала. Теперь тебя зовут Песик и ты будешь моей собачкой. Моей комнатной собачкой. Ошейник у тебя уже есть. Лизни мамочке ручку. Хороший мальчик.

«Фарт, покровительствующий только реальным пацанам, вложил в руку героя стингер, мантру заветную произнес, и отправился великий герой нечестивцев уничтожать…»

Эта фраза была единственной на мониторе.

А, это же я написал. Комнатная собачка.

Вот и ноутбук на коврике стоит. А коврик у кровати хозяйки. Все правильно. Домашние любимцы должны спать неподалеку от своих хозяев.

А изредка их даже приглашают в хозяйскую кровать.

Стингер. Мантра. Почему именно так?

И почему из всего предложения только эти два слова полужирным шрифтом написаны?

Подсознание шутки шутит? Стингер – мантра.

И много я этой фигни насочинял? Ого, порядочно. На пять авторских листов потянет.

Ну-ка, почитаем. «Рождение Бакса». «Рейтинг правит бал». «Свадьба Бакса и Евры».

«Фарт смелых любит».

Так это сколько я здесь?

«Березовский лишается расположения богов».

Ну, ты и …. гм, негоже так о женщине.

Сам хорош. Маг называется.

– А почему это ты не работаешь, Песик?

Нет, отрицать бессмысленно, внешность у нее потрясающая. Изгибы, пропорции. Но одевается слишком вульгарно. Не богиня, а работница борделя.

И такая же глупая. На что я повелся? На фигуру? На личико симпатичное?

Она же пустая внутри. Она же только для постели и создана и вне постели ничего собой не представляет.

– Я задала тебе вопрос, Песик.