Этот и на бой не зовет, и даров я что-то не вижу. Хоть бы ради приличия корову какую привел, барана или пуд золота притаранил.
– А золото тебе зачем? – спросил я.
– Странный, – констатировала средняя голова. – Золото – оно всегда золото. Хочешь, взятку кому дашь, хочешь, зубы золотые вставишь. Мне вон сегодня два зуба этот Леша Попович выбил. А вам?
– А мне ни одного, – гордо заявила левая. – Я уворачиваться умею.
– И меня подставлять, – сказала средняя. – Умеешь не спорю. Следующий раз вообще без меня драться будете я спать лягу, понятно?
– Я ж говорю, слабак, – подхватила правая.
Средняя цыкнула, и правая попыталась втянуться в плечи, что, принимая во внимание более чем трехметровую длину шеи, было не так-то просто.
– Я, собственно, по тому же вопросу, – сказал я. – Что и эти трое приходили.
– А они, между прочим, не объяснили, чего приперлись, – вздохнула средняя голова. – Они обзываться начали и на бой вызывать. А сути претензий нам никто не предъявлял.
– Я вообще не приделах, – сказала левая. – Так долго никого не было, я уж думала, забыли про нас. И вдруг сразу трое. И кто? Цвет рыцарства, так сказать. Надежда и опора, так сказать.
– Уроды они, так сказать, – заключила правая голова. – Такие же, как чудо-юдо, только страшные.
– Так чего надо? – спросила средняя.
– Василису отдай, – попросил я.
Правая и левая головы заржали и начали за спиной… затылком средней заплетаться в морские узлы. Средняя почесала макушку кончиком хвоста и прищурилась.
– Так вот оно что, – молвила она. – А я-то думаю, за что такая честь. За Ваську-то они могли, конечно, втроем прийти.
– Не могу, – сказала средняя голова. – Я бы и тем троим так ответила, только они не спрашивали. Бесполезно все это. Не могу.
– Слушай. Ты хоть понимаешь, какая политическая подоплека у всего этого дела?
– Понимаю, – горестно вздохнула средняя.
– Ты хоть понимаешь, что без войска Василисиного отца Тридесятому царству супротив хазар не выстоять?
– И что уже через неделю хазары в здешних землях хозяйничать будут?
– Так какого ж лешего ты Василису не отдаешь? Ты ж русский Змей, между прочим, Горыныч, а не Тугарин какой-нибудь хазарский. Так что ж ты против собственного народа-то попер?
– В гробу он меня видал, – сказала средняя голова. – Народ этот. В белых тапочках. И я его там же. Мне что русские богатыри, что хазарские батыры – все едино. Одна головная боль. И нечего мне тут политику партии объяснять, понял? Не могу я Василису обратно отдать.
– Потому что у меня ее нету.
– Здрасте приехали, – сказал я. – Ты ж ее украл? Или это тебя враги оклеветали?
– А куда ж ты ее дел, Удав Горыныч? Неужто слопал?
– Ты и впрямь дурак, – ругнулась средняя.