Автор
В темном клубе полыхает электрический свет и парят запахи алкоголя и жженого шоколада. Томас проникается нежданным влечением к соблазнительным девушкам, танцующим на ярко освещенном танцполе. Каждый выдающийся припев музыки заставляет его дрожать от удовольствия и желания....
Неужели это нужно объяснять?
— О, да ладно… — мужчина хватает меня за запястье, когда я отступаю.
— Не трогай меня.
— В чем твоя проблема? — кривится он. — Перестань вести себя, словно тебе не интересно. Я знаю, что у тебя нет парня. Зачем еще приходить в этот бар в одиночку?
— Это не твое чертово дело. А теперь дай мне пройти. — Каждый раз, когда я пытаюсь протиснуться мимо него, он толкает меня обратно в уборную, пока за нами не закрывается дверь, и я не остаюсь один на один с мужчиной вдвое больше меня.
— Уйди, — рычу я.
— Или что? — приближаясь, смеется он.
Я быстро роюсь в сумочке и достаю перцовый баллончик, который мама просила меня носить.
— Или я воспользуюсь этим.
— Оо... мне должно быть страшно? — качает головой мужчина.
Из-за страха, что что-то случится, я также хватаю телефон и набираю номер Томаса, который вбит в быстрый дозвон. Это первый номер, который я туда внесла после...
— Дай сюда, — мужчина внезапно надвигается на меня и тянется к моей руке.
— Отвали от меня! — кричу я, пока мы сражаемся за перцовый баллончик.
Тем временем я слышу крик Томаса на заднем плане.
— Хейли? Хейли?
— Томас! Помоги! — кричу я, и в самый пик ситуации мне каким-то образом удается сказать ему, в каком баре я нахожусь. Секунду спустя меня толкают так сильно, что я падаю на пол.
— Сука, — рычит он, плюясь на пол. — Хотела распылить на меня сраный перцовый баллончик?
— Держись подальше! — говорю я, отползая назад.
— Да нахер это, — он отбрасывает баллончик далеко в угол, и его взгляд останавливается на мне.
— Нет! — кричу я, пинаясь, когда он подходит ближе. Пытаюсь выбить его из равновесия, но, когда он хватает меня за горло, мне с ним не тягаться. — Да ладно, маленький поцелуй за беспокойство, и я, может быть, тебя отпущу.
Когда его губы приближаются, я собираюсь со всеми силами и ударяю его в бок, заставляя вздрогнуть и выровняться.
— Чертова сука, — кашляет он, почти задыхаясь от собственных вдохов. — Ты, блядь, ударила меня.
Я использую последние силы, чтобы огреть его по голове и опрокинуть на спину, а затем наношу еще один удар прямо по яйцам.
Он воет не хуже гребаного волка, и, пока прижимает ладони в своему паху, я бегу к двери. Жаль, что меня хватают за ногу на полпути.
— Ты никуда не пойдешь.
— Отпусти меня! — кричу я.
