— Да, — не колеблясь, ответил Виктор, — я коммунист и болгарский офицер.
— Вот-вот. И таким образом за свои принципы ты продашь меня.
— Это разные вещи, — попытался возразить Асенов.
— Оставь, — отмахнулся Деверсон, — это одно и то же. А Эдстрема могли подкупить, предложить большую сумму денег, и он сдался.
— Неужели ты действительно веришь, что Карл мог убить эту женщину? — снова спросил Виктор.
— А кто тогда? — закричал Деверсон. — Куда исчез тогда этот чертов убийца? На этаже, кроме нас, никого не было! Антонио был у нас в комнате! Оба охранника — в конце коридора!
Деверсон перестал кричать. Отвернулся. Затем уже спокойным голосом спросил:
— Почему ты так убежден, что Эдстрем не убийца?
— У меня есть доказательства, — тихо сказал Виктор.
— Какие доказательства? Конкретно.
— Я нашел фотографа, который подтвердил алиби Эдстрема. Они действительно говорили друг с другом по телефону, когда раздались крики и выстрелы. А значит, Эдстрем не мог быть убийцей. Достаточно тебе этого?
— Откуда ты узнал? — заинтересовался Деверсон.
— Не все сразу. Я был ночью в Трентоне. Понимаешь, ко мне приходила жена Карла.
— Она тоже не верит, что ее муж убийца? — усмехнулся Деверсон.
— Не перебивай. Я вспомнил, что у Вальрафа были контакты с какой-то фирмой по производству химических реагентов, узнал название фирмы, выехал в Трентон и сумел там найти этого фотографа.
— Так сразу? — недоверчиво спросил Чарльз.
— Можно подумать, что в Трентоне живет миллион человек. Этот фотограф — старик, эмигрант из Югославии. Видо Дренкович. Он честно рассказал мне, что слышал выстрелы и крики как раз в тот момент, когда Эдстрем говорил с ним по телефону. А это значит, что алиби у Эдстрема абсолютное. Понимаешь, он не мог быть убийцей.
— Хорошо. Предположим, что Эдстрем не виноват. Предположим. Тогда кто? Святой дух? Убийца стоял рядом с Анной, в пяти метрах от нее. Куда он исчез? Испарился?
Виктор почувствовал, что начинает нервничать. Действительно, он об этом почти не думал, ему казалось, что главное — доказать алиби Эдстрема. Но кто тогда убийца? И что самое поразительное — почему в таком случае не сработали приборы, их электронная аппаратура, камеры?
— И, наконец, главное… Почему убили Анну? — продолжал Деверсон. — Кому была выгодна ее смерть? Если даже Эдстрему заплатили… Я говорю: если, — добавил он, заметив протестующий жест Виктора, — то и тогда — кто именно заплатил, зачем?
— Ты не обидишься, если я расскажу тебе одну интересную историю? — спросил Виктор.
— Какую историю? — подозрительно покосился на него Деверсон. — Ты сегодня набит историями. Сначала, кстати, скажи, где этот твой фотограф?
— С минуты на минуту он будет здесь, — спокойно ответил Асенов. — История очень интересная.