Охрана президентского дворца была удвоена, и диктатор стал реже появляться на торжественных приемах в собственную честь.
Итогом тридцатитрехяетнего правления Стресснера явилось почти полное разорение страны. Из трехмиллионного населения почти половина убежала за рубеж. В стране почти не было своей промышленности. Были лишь ткацкие фабрики, заводы по производству безалкогольных напитков, небольшие мастерские, изготавливающие сувениры и нехитрую утварь.
Стресснер понимал, что время работает против него.
Однако он отчаянно сопротивлялся всяким новым веяниям, препятствовал проникновению в страну любых новых идей.
На вечерний прием Саундерс не смог даже достать фрак. В Асунсьоне не нашлось ни одного прокатного пункта, столь обязательного в столицах других стран. Пришлось идти на прием в обычном белом костюме, предусмотрительно купленном в Афинах.
Ко дворцу Родригеса его доставило местное такси. У дверей его встретили вышколенные слуги. Саундерс сразу обратил внимание на сидевших в кустах полицейских и детективов в штатском.
На приеме собралось все высшее общество страны. Был здесь и американский посол с супругой. В шумной компании молодых людей весело смеялась дочь диктатора Стресснера, невестка хозяина дома генерала Родригеса.
Саундерс сразу узнал в числе приглашенных полковника Торнера. Тот был в черном штатском костюме и выделялся военной выправкой. Даже среди парагвайских военных, привыкших к военной форме, он смотрелся особенно привлекательно, выделяясь своей подтянутой, худощавой фигурой.
Ричард мило шутил с дамами, был представлен хозяйке дома, невестке, другим дамам. Успел улыбнуться американскому послу, заметив, что его компания ценит вклад американцев в укрепление стабильности в Парагвае. Посол мило улыбнулся, предпочитая не затрагивать эту тему. Саундерс, успевший познакомиться с местными газетами, знал, что ультраправые сторонники Стресснера даже посла США именовали «заговорщиком», «красным», «коммунистом», а некоторые, впадая в раж, сравнивали его с Арафатом и Каддафи. Поистине можно было удивляться человеческой натуре.
Саундерс, внимательно наблюдавший за Торнером, видел, что и тот не менее внимательно следит за ним. Наконец, прогуливаясь по залу, они оказались почти рядом.
— Мистер Хаксли? — улыбнулся Торнер.
— Не имею чести знать вас, — весело ответил Ричард.
— Я полковник Торнер. Строительство вашей дороги пройдет через мой округ.
— Очень приятно, — обрадовался «мистер Хаксли».
— Мне давно хотелось поговорить с вами. Вы когда приехали в нашу страну? По-моему, несколько дней назад? — весело спросил Торнер.
— Нет, вчера, — честно сказал «Хаксли». — Только вчера и уже успел провести ряд переговоров, увы, бесполезных.