Вассария не хочет быть разменной монетой в руках отчима. Когда её собираются выдать замуж за старика, девушка решает взять судьбу в свои руки. В мире магии и интриг ей предстоит найти силу противостоять несправедливости и раскрыть тайны, которые могут изменить всё.
– Ведем обоих, а там пусть инквизитор разбирается…
Аримикопольский инквизитор Миртор Хопкинс – мужчина, чтивший умеренность во всем: еде, вине, обществе красивых женщин, – по складу характера был правильно-скучен. Лысоватая голова, прикрытая напудренным париком, как носили согласно этикету прошлых лет, короткий, но острый нос, близко посаженные глаза, окруженные сеткой морщин, вечно угрюмое выражение лица… Не шел инквизитор яркому, вечно пестро-веселому Армикополю.
Хопкинс же больше всего любил порядок. И на его столе, в одному Миртору ведомом строгом соответствии, расположились: стопка документов, чернильница и быстрописное перо, папка с делом о «Рыжеволосой бессмертной мракобеске», а по левую руку лежало извечное напутствие всех инквизиторов – трактат «Низвергающий ведьм меч». Данное творение обучало магистратов способам обнаружения ведьм и процедурам доказательства их виновности, и было проштудировано Хопкинсом вплоть до прямого цитирования избранных отрывков.
Время – лучший лекарь и отменный патологоанатом, справедливый судья и убойное успокоительное: если не примирило двух противоположностей – Армикополь и Хопкинса, то сделало возможным их сосуществование. Притерпелись. И инквизитор к городу, и город к инквизитору. Один стал позволять себе малые умеренные вольности, другой – делать вид, что слушает приказы хоганова карателя. Впрочем, народ армикопольский с охотою посещал забаву, редко, но все же устраиваемую инквизитором, – сожжение ведьмовок.
Когда ввели двоих – рыжую, шваброобразную девицу и герра, помятого, с фингалом, начавшим уже заплывать, и рассаженной щекой, – инквизитор как раз размышлял, что давно не было на площади огнища. Хопкинс свято веровал, что показательные казни – прививка от еретичества. И если колдовок всех не изведешь, то попавших в руки инквизиции надлежит неукоснительно отправлять по пути, из которого нет возврата. И неважно, кого обвинят в пособничестве мракобесам: знатную богатую горожанку или чухонскую крестьянку. Хотя горожанку, конечно, выгоднее: часть наследства-то на благо инквизиции отойдет."
"Окинув взглядом прибывших, Хопкинс вопросил:
– Это ты та ведьма, о которой судачит весь город? Будто бы ты вместе со своим полюбовником совращала честных юношей, а сама, аки оборотень, переиначивалась мужчиной и творила непотребства?
Эрден лишь поразился богатству людской фантазии и тому, что даже роль главного злодея и то досталась не ему, а Иласу.
