Вассария не хочет быть разменной монетой в руках отчима. Когда её собираются выдать замуж за старика, девушка решает взять судьбу в свои руки. В мире магии и интриг ей предстоит найти силу противостоять несправедливости и раскрыть тайны, которые могут изменить всё.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Дропкат реальности, или магия блефа» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Вассария не хочет быть разменной монетой в руках отчима. Когда её собираются выдать замуж за старика, девушка решает взять судьбу в свои руки. В мире магии и интриг ей предстоит найти силу противостоять несправедливости и раскрыть тайны, которые могут изменить всё.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Надежда Николаевна Мамаева Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Вассария не хочет быть разменной монетой в руках отчима. Когда её собираются выдать замуж за старика, девушка решает взять судьбу в свои руки. В мире магии и интриг ей предстоит найти силу противостоять несправедливости и раскрыть тайны, которые могут изменить всё.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И резко выстрелил вопросом:
– Девица или уже нет?"
"Васса, в первый вздох опешившая от такого вопроса, на мгновение растерялась, но и этого было достаточно. Ее язвительный ответ:
– С одной стороны, да… – был инквизитору уже безразличен.
Девушка мысленно корила себя: дед научил ее блефовать, но в игре, когда она знала и была готова к этому, а вот так неожиданно…
– Как догадались? – без обиняков спросила Васса.
Надо же знать, на чем именно прокололась: бровь, поджатые губы, пальцы рук, собранные в кулак. Язык тела самый правдивый, и не всегда за ним уследишь, поэтому-то и оттачивают шулеры каждое движение до волоса.
– У фьеррин много по чему можно догадаться: ты, например, сощурилась перед ответом. Это говорит о том, что ты собираешься отбрить собеседника. Если бы покраснела и замялась, были бы еще сомнения, а так – нет, для жертвоприношений годишься, – усмехнувшись, закончил инквизитор.
Васса же решила выяснить все, интересующее ее по этому вопросу, до конца и плевать на стеснение.
– А мужчин?
– У мужчины нет признаков лишения девственности, кроме его наглой, довольной рожи…
Правильность этого утверждения подтвердила хитрая улыбка Эрдена, обосновавшаяся на его лице при последних словах инквизитора. Хотя он старательно, но безрезультатно пытался ее скрыть.
После короткого экскурса по основам кинесики инквизитор вновь резко сменил тон:
– Милая фьеррина, я, будучи свидетелем сегодняшнего действа, хотя и изрядно запоздал на светский раут, был удивлен вашим лицедейским талантом. Признаться, поначалу даже всерьез поверил в происходящее, – и, не меняя интонации, инквизитор перешел к делу: – Поэтому предлагаю вам сотрудничество на благо святой инквизиции и меня лично. И учтите, отказа я не приму.
Вассария молчала, чувствуя, что сейчас ступила на тонкий лед. С такими людьми, какими бы они ни были милыми и обаятельными на первый взгляд, не шутят. Таким не отказывают. С другой стороны, как говорят торговцы удачей или каталы: «Торг всегда уместен, даже с судьбой». Почему бы не попробовать?
– Помощь святой инквизиции – дело, угодное Хогану, а за верное служение всевышний одаривает своею милостью…
– Что именно ты хочешь? – Деловой тон меча хоганова напомнил о рыночных торговцах. У тех тоже, как только речь заходила о барышах, голос с переливно-ручейного, восхваляющего товар, становился сухим и звучал так, будто костяшки счетов щелкали.
– Свободы, звонкой и отчеканенной с профилем императора, и независимости от воли отчима.
«Причем последнее – гораздо важнее», – про себя добавила Васса.
– Я подумаю над этим.
«И ничего не сделаю», – продолжила мысленно девушка.
Эрден же, будучи лишь наблюдателем этой сцены, внутренне все больше противился задумке отца.
