Вассария не хочет быть разменной монетой в руках отчима. Когда её собираются выдать замуж за старика, девушка решает взять судьбу в свои руки. В мире магии и интриг ей предстоит найти силу противостоять несправедливости и раскрыть тайны, которые могут изменить всё.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Дропкат реальности, или магия блефа» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Вассария не хочет быть разменной монетой в руках отчима. Когда её собираются выдать замуж за старика, девушка решает взять судьбу в свои руки. В мире магии и интриг ей предстоит найти силу противостоять несправедливости и раскрыть тайны, которые могут изменить всё.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Надежда Николаевна Мамаева Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Вассария не хочет быть разменной монетой в руках отчима. Когда её собираются выдать замуж за старика, девушка решает взять судьбу в свои руки. В мире магии и интриг ей предстоит найти силу противостоять несправедливости и раскрыть тайны, которые могут изменить всё.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Дотрапезничать им не дал крик, донесшийся снаружи:
– Выходи, погань, я знаю, что ты здесь!
* * *Ломающийся голос звенел перетянутой струной, которая того и гляди лопнет, оставив после себя лишь эхо. Стоять было зябко, но желание отмстить – превыше. Отомстить за отца, погибшего по вине лицемерного ублюдка, которому кланяется толпа, а дуры подносят еще и истошно орущих младенцев, чтобы хоганов всерадетель осенил их благословением. Вендетта (хотя такого слова паренек и не знал) заставила его сейчас стоять на улице перед обветшалым домишкой и упрямо сжимать побелевшие на морозе пальцы, мертвой хваткой вцепившиеся в рукоять клинка."
"Леш ненавидел предзимье и зиму, в основном за то, что одеваться приходилось как капуста, выглядеть при этом как корова на льду и все равно мерзнуть. Впрочем, этот стужень был иным. Хотя бы потому, что вместо привычного полушубка, который пришлось заложить барахольщику в обмен на сорок медек (вот жмот, пользуется тем, что единственный в округе, и дает сущие гроши за хорошие вещи), кутаться приходилось в старый сюртук, доставшийся от отца, изрядно поношенный и легкий не по погоде. Шаль, концы которой, продетые под мышками, завязывались узлом на спине, согревала, не давая озябнуть окончательно. Не ахти, зато так теплее.
– Выходи, погань, я знаю, что ты здесь!
Амулет, сделанный отцом несколько лет назад, Леш отчетливо чувствовал. Во владельце же подвески-капельки сомневаться мальцу не приходилось. Он сморгнул, пытаясь хоть так избавиться от воспоминаний.
Перед глазами парня, как сейчас, была картина: хогановы служители в рясах, заламывающие руки отцу, стоящему в доме на коленях. И он, Леш, успевший спрятаться в подпечнике, затаившись между поленьев. По центру светелки рослый, дородный всерадетель, по-отечески вещающий:
– В последний раз, мракобесье отродье, тебя спрашиваю: сделаешь, как велю? Если выполнишь все как надо, так и быть, отпущу тебя с миром, живи, но больше не попадайся. Нет – пеняй на себя, костры у нас в империи горят исправно, и хвороста, я распоряжусь, чтобы для тебя не пожалели, как и для твоей семьи.
Мимолетный взгляд отца на подпечник, где в темноте и саже притаился Леш, и обреченное:
– Все сделаю, как вам угодно будет.
– То-то же.
Хоганов помазанник развернулся на каблуках и вышел вон, а следом за ним и служители.
Отец остался в опустевшей избе изломанной куклой.
Леш помнил, как потом его родитель не смыкая глаз две седьмицы не вылезал из своей мастерской.
