Автор
Дрожь: В мир сноубординга, где каждая снежная дуга и ветеропьянь встречаются с ритмичными прыжками и ударами. Отряды оворящие райдеров используют транслитерацию англоязычных терминов для удобства читателей, объясняя ключевые названия внутри самого текста. В этом мире правой ногой вперед едет лишь немногие — гуфи, остальные регуляры....
У меня болит нога, и я так устала, что готова заснуть стоя. А если я устала… Кертис чуть не падает, снова замахиваясь топором, и попадает не по двери, а по косяку.
Я осторожно касаюсь его плеча.
– Достаточно.
У него опускаются плечи, он прижимается лбом к деревянной панели. Топор падает у него из руки на пол.
– Послушай меня, – говорю я. – Всей ночи не хватит, чтобы пробить все запертые двери в этом здании. Сейчас мы ничего не можем сделать, только запереться в наших комнатах и немного поспать. Завтра выберемся отсюда, как только рассветет.
Не говоря ни слова, Кертис идет назад по темному коридору и вниз по лестнице. Брент поднимает топор до того, как я успеваю это сделать. Я хромаю вслед за Кертисом, освещая дорогу.
Когда Кертис добирается до своей комнаты, он распахивает дверь и смотрит на меня."
"– Ты ночуешь здесь, Милла.
Это не вопрос. Я хромаю в его комнату. А потом поворачиваюсь и смотрю на Хизер.
– Не думаю, что Хизер можно сейчас оставить одну.
– Я останусь с ней, – объявляет Брент.
Я бросаю взгляд на Кертиса.
Или Брент точно знает, что Дейл не появится? Я смотрю на топор, который продолжает сжимать Брент.
– Хорошо, – говорит Кертис, запирает за нами дверь и стоит у нее, прижавшись спиной к деревянной панели. Я вижу чувство вины, раздражение и муку у него в глазах. Этот груз висит у него на плечах: он винит себя за то, что мы все оказались здесь. В особенности за то, что заставил меня приехать. Я хочу протянуть к нему руки и снять с него хотя бы часть груза, но вижу, как сильно у него сжаты челюсти, и это заставляет меня сдержать порыв.
Проходит несколько минут. Наконец он поднимает глаза.
– Где ты хочешь спать? – Он показывает рукой на дальнюю кровать. – Там? Или со мной?
Внешний мир за пределами этой комнаты больше не существует. Есть только он и я. Боль от его предательства медленно возвращается, но мне легко дается ответ:
– С тобой.
Кертис несколько секунд рассматривает узкие кровати, затем снимает с них матрасы и раскладывает на деревянном полу.
Он опять смотрит на меня.
– Наверное, нам следует немного поспать.
Я делаю шаг к нему.
– Ты говоришь мне, чтобы не трогала тебя?
Впервые за всю ночь у него на лице появляется намек на улыбку.
– Может быть.
– К этому времени ты должен был бы уже уяснить, что я не подчиняюсь твоим приказам.
Улыбка снова появляется у него на лице.
– О, я знаю.
