Автор
Расстояние между братьями и семьей стремительно уменьшается, а их семейные отношения рушатся в мгновение ока. В доме Альдры — нового друга моего брата — я неожиданно сталкиваюсь с непредсказуемыми событиями и тайными драмами, на которые я прежде не обращала внимания. Ощущение глубокой атмосферы отчуждения и тревоги преследует меня в каждом закрученном повороте сюжета....
Макс замолчал и мы какое-то время сидели в тишине, он закурил вторую сигарету и еле слышно произнес слова, которые у меня у самого вертелись на языке:
– Она нас никогда не простит. Никогда.
– А мы заслуживаем прощения, Макс? – Угрюмо интересуюсь и понимаю, что руки все еще сжаты в кулаки. Ну и кого я бить собрался? Мы оба виноваты, так что вполне можно врезать самому себе, но боюсь, тогда Чак Паланик точно засудит нас за плагиат.
Четыре года назад я с таким воодушевлением ухватился за возможность ее ненавидеть, как будто от этого зависела моя жизнь.
Черт побери! Я опять я ее демонизирую, ищу злой умысел, хотя прекрасно понимаю, что это была не игра.
Макса, судя по всему, терзали те же мысли. Он затушил сигарету и со всей дури двинул кулаком по столу, а потом резко встал, отбросив свой стул в сторону. Он злился. Очень. В памяти сразу начали всплывать фрагменты прошлого, как он злился на диагноз матери, на врачей, на весь мир, на отца… а потом и на сестру. Мы оба злились тогда, хоть Инна Витальевна и не была мне родной, всегда относилась ко мне как к сыну, особенно если учесть сколько времени я проводил в их доме из-за частых командировок отца.
– Полегчало? – поинтересовался Макс.
– Пока нет, – ответил я и криво усмехнулся. – Но есть идея.
