Автор
Робкая девочка из нищеты встречает сурового богатого мужчину с опасным прошлым. Их случайная встреча переплетается с тайнами сокровищ Третьего рейха и загадками рода Романовых. Между ними вспыхивает страсть, которая способна изменить судьбы и раскрыть давно скрытые секреты.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Друг моего отца» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Робкая девочка из нищеты встречает сурового богатого мужчину с опасным прошлым. Их случайная встреча переплетается с тайнами сокровищ Третьего рейха и загадками рода Романовых. Между ними вспыхивает страсть, которая способна изменить судьбы и раскрыть давно скрытые секреты.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Робкая девочка из нищеты встречает сурового богатого мужчину с опасным прошлым. Их случайная встреча переплетается с тайнами сокровищ Третьего рейха и загадками рода Романовых. Между ними вспыхивает страсть, которая способна изменить судьбы и раскрыть давно скрытые секреты.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Друг моего отца» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но раз уж ты только что закончила со своей молчанкой, может, поговорим?
– Нет, – снова опустила я глаза в блокнот. Принялась сосредоточенно выводить простым карандашом линии. Растирать мягкий грифель мизинцем, создавая тени.
– Хорошо. Ты тогда помолчи, а я тебе кое-что расскажу, – она пододвинула столик ближе к кровати. – На самом деле ты родилась не в январе, а сегодня. И зовут тебя не Яна Нечаева, а Ульяна Зверева.
Я замерла, хоть глаза на неё так и не подняла. Ульяна? И видимо, губы мои невольно искривились, потому что она хмыкнула.
– Да, твоему отцу тоже не нравилось это имя. Но я настояла. И он единственный раз уступил. Из нас двоих он был намного настойчивее и умел добиваться своего. Всегда. В итоге всё равно ведь вышло как хотел он, даже с твоим именем.
– Сейчас про него рассказать можно что угодно, – посмотрела я на неё, – ведь он всё равно не подтвердит и не опровергнет.
– Не веришь? – усмехнулась она. – Тогда вот, держи.
И прямо на мой рисунок она положила голубую бумагу с водяными знаками и гербовой печатью.
«Свидетельство о рождении», – прочитала я. И невольно заскользила дальше глазами. – Зверева Ульяна Андреевна. Родилась: сегодняшнее число, на год раньше моего. Место рождения: какое-то село Краснодарского края. Отец: Зверев Андрей Викторович. Мать: Легостаева Татьяна Владимировна. Место государственной регистрации: то же село.
– И что это доказывает? – вернула я ей бумагу.
– Это – ничего, – отложила она свидетельство в сторону. А из папки, что принесла, подала мне ещё один документ. – А вот это доказывает.
В этот раз это был анализ ДНК, согласно которого, я, Нечаева Яна Андреевна являюсь дочерью Легостаевой Татьяны Владимировны на 99,99998 %.
– Жаль, – отдала я ей результаты анализа. – Я всё же надеялась, что ты не моя мать. Матери так не поступают.
– Много ты знаешь о том, как поступают матери, – глянула она на оплывающие тонкие свечи. – Видишь, как они стоят?
Да, я видела. На первом верхнем ярусе свечек горело всего пять, а на втором – все остальные.
– А знаешь почему? – и она положила передо мной ещё одну бумагу, от цвета которой сердце сжалось. Такую же мне выдали, когда умерла бабаня. Свидельство о смерти. Бланк такой же как у «Свидетельства о рождении», только розовый.
Что? Я подняла её к глазам.
«Зверева Ульяна Андреевна, уже знакомой мне даты рождения, умерла…»
Я судорожно подсчитывала в уме. В пять? Ей было всего пять лет?"
"В пять, я знаю это, конечно, из рассказов бабани, мы приехали с ней жить в этот город, холодный и чужой. Очень-очень далеко от того, где жила бабаня, но согласно моего свидетельства о рождении, именно в нём я и родилась, и выросла. Сама я мало что помню. Чемоданы и какие-то тюки, на которых я почему-то спала. Облезные стены.
