Автор
В комнате царит напряжение, словно молчаливый гость, когда Марат останавливается и прижимает руки к плечам своей матери Мира. Её непроизвольная дрожь отражает не просто физическое воздействие — она чувствует его телом, но воспринимает по-особенному, что вводит её в состояние полного замешательства и удивления....
Никто тебя не покусает… – и добавляет тихонько, наклоняясь к моим губам, – я не позволю.
О…
Растерянно отвечаю на мягкий, нежный поцелуй, мгновенно пробуждающий в голове флешбеки недавних событий, в номере отеля. Как же хорошо, что мы там остановились и чуть-чуть сняли напряжение!
Все же, Матвей, несмотря на крайне брутальную внешность и возраст, очень чуткий мужчина.
Или это он просто меня так хорошо чувствует?
– Мы в любом случае ненадолго, – Матвей отрывается от моих губ, ведет носом по щеке, жадно вдыхая запах моей кожи.
Что-о-о???
Глава 34
Я не успеваю вообще никак возмутиться, ничего сказать, Матвей смотрит поверх моего плеча и улыбается:
– О, нас встречают! Пошли, малыш.
– Погоди… – пытаюсь я затормозить несущийся вперед поезд, – погоди… Ты что сказал сейчас?
– Потом давай, – командует Матвей, выскакивает из машины, обходит ее и открывает мне дверь, отстраняя какого-то серьезного мужчину, как раз подошедшего, – я сам, спасибо.
Мужчина понятливо отходит в сторону, и я растерянно ступаю на прогретые солнцем плиты.
– Матвей, – шиплю сквозь зубы, все еще пытаясь поверить в то, что ослышалась, и он ничего подобного не говорил, – подожди, я сказала! Какая свадьба?
– Обычная, малыш, – пожимает он плечами и тащит меня ко входу в дом, где встречающий нас мужчина, судя по всему, охранник или дворецкий, а, скорее, сочетание первого и второго, уже открывает дверь и приглашающе отходит в сторону.
Мы уже в холле, огромном, с высоченными, украшенными старинной лепниной потолками. И я бы впечатлилась, в любое другое время, вот честно! Меня когда-то Петергоф меньше поразил… Но сейчас в голове моей взорвалась петарда, и разноцветные круги перед глазами не дают сосредоточиться.
Отец Матвея выглядит так, что, встреть я его раньше, до знакомства с его сыном, то… То рассматривала бы, как мужчину, да… Очень высокий, плечистый, в синем домашнем поло, обтягивающем широченные плечи. Легкая небритость, чуть тронутая сединой. У Матвея – все темное, брутальное, а у его отца… М-м-м… Я сравниваю их, невольно. Очень похожи, просто очень.
