Автор
Ениха: Я уже не просто друг Игоря, а его личная тайна — дочь богатого бизнесмена, которая решила стать его возлюбленной, прикрываясь романтической любовью. Наши встречи теперь частые и неторопливые, каждый каскад розовых языков возвращается нам на лица. Мы прячемся от камер, уверенные что наши чувства больше никому не нужны — сегодня только Наш день....
Но мужчина лишь ласково гладит меня по голове, на мгновение остановившись, и убирает на бок рассыпавшиеся по спине волосы.
Сбивчивым голосом он возражает:
– Я запер дверь. Не волнуйся. Сюда никто не зайдёт.
– Господи, ты ненормальный! – снова шепчу в ответ, а сама уже продолжаю насаживаться на него не в силах противостоять зовущему животному инстинкту.
– Я самый нормальный. Кричи громче, Мия. Пусть каждая собака здесь знает, что ты моя теперь!
И быстрыми, мощными толчками неудержимо пытается сорвать с моих губ очередной стон.
Костя мычит что-то нечленораздельное мне на ухо, а я чувствую, как он отстраняется, и упираюсь ладонями в стол, пытаясь успокоиться и выровнять дыхание.
Потом торопливо выпрямляюсь и натягиваю на талию бриджи, быстро шурша молнией и застегивая пуговицу. Наша встреча вышла очень уж волнительной.
Поправляю волосы и ещё раз медленно выдыхаю. Наблюдаю, как Шахов снимает пиджак со спинки стула и небрежно накидывает его на плечи.
Неожиданно я чувствую, как Костя приобнимает меня одной рукой и строго произносит:
– Одевайся, не торопись. Я знаю, кто это. Сам переговорю.
– Но…
– Не волнуйся и работай дальше, – торопливо касается губами моего виска в быстром поцелуе.
А я заинтересованно уточняю:
– И кто же?
– Твой бывший, – и упорно настаивает, – посиди здесь.
– Костя, что за приказы?!
– Пожалуйста! Не влезай!
С этими словами он поворачивает замок и, напустив на себя строгий вид, выходит, оставляя меня одну.
Глава 50
КОНСТАНТИН
Тихо, беззаботно, но слишком уж театрально насвистывая лёгкую мелодию себе под нос, я выхожу из кабинета, спешно прикрывая за собой дверь.
«Неожиданно» наталкиваюсь удивлённым, прямо-таки ошарашенным взглядом на Игоря, свирепый вид которого заставляет меня внутренне улыбаться.
– О, – с воодушевлением начинаю ироничный разговор.
Уверен, внешне я выгляжу таким же довольным, как и чувствую себя.
Братишка мгновенно вскидывается, срывается со своего мягкого, удобного, насиженного места и вырастает передо мной, сразу набрасываясь с обвинениями. Так-так-так… жуть, как интригует. Неужто он в кои-то веки решил отстаивать свои интересы? Вот уж удивил.
