Автор
Ениха: Я уже не просто друг Игоря, а его личная тайна — дочь богатого бизнесмена, которая решила стать его возлюбленной, прикрываясь романтической любовью. Наши встречи теперь частые и неторопливые, каждый каскад розовых языков возвращается нам на лица. Мы прячемся от камер, уверенные что наши чувства больше никому не нужны — сегодня только Наш день....
И тут совершенно случайно выхватываю обрывки речи телевизионного ведущего:
«…Александр Бергман… добровольно сложил с себя полномочия главы… – резко оборачиваюсь на экран и так и замираю с вытянутой рукой, – объясняя это…»
С приоткрытым ртом я слушаю новостную ленту, а глаза мои расширяются от неверия и шока. Не меняя позы, я стою, как парализованная, а время чётким ритмом незримо отсчитывает уходящие в никуда секунды. Картинка уже давно переключилась, а я всё также зачарованным взглядом смотрю на экран.
Неожиданно чувствую родное тепло.
У меня просто нет слов выразить всё то, что творится в душе.
«Я буду носом землю рыть, но всем глотки перегрызу за тебя».
И глотка Бергмана, очевидно, пострадала одна из первых. В неверии я оборачиваюсь к Шахову, опаляя его застывшим в глазах, невысказанным вопросом.
– Костя… – едва различимо шепчу ему.
– Не нужно мне говорить, что я поступил неправильно. Он заплатил за то, что прикасался к тебе, за то, что заставил тебя плакать.
Мягко скольжу взглядом по любимому лицу, благодаря судьбу за то, что вернула мне этого человека.
Он всё делает молча. Не кричит о своих поступках и не ждёт благодарности. Он не оборачивается на других и всегда поступает так, как сам считает правильным. Он всегда готов подставить своё крепкое плечо, умеет ценить и дорожить. Он достаточно силен, чтобы признавать собственные ошибки и слабости.
Ведь слова в нашей жизни значат очень многое, но поступки несоизмеримо больше.
ЭПИЛОГ"
"Выходя из комнаты, крепко придерживаю ручку, плавно и очень медленно поворачиваю её, боясь разбудить свою малышку. Она в последнее время стала очень беспокойной – зубки режутся.
Костя ещё не приехал, у него на работе жуткий головняк всю неделю. Но ложиться без мужа мне не хочется. Поэтому я занимаю ближайшее к выходу из гостиной кресло, подтягиваю коленки к груди и мирно прикрываю глаза.
Почему-то в памяти всплывает тот самый трепетный момент, который я нежно лелею в сердце и, уверена, буду это делать до глубокой старости.
Как сейчас помню холодок на животе от специализированного геля для УЗИ-исследований. Столько волнения было в душе, столько страхов и надежд переполняло меня изнутри, что я крепко сжала ладони в кулаки, оставляя на коже лунки в форме полумесяца.
