Автор
Ениха: Я уже не просто друг Игоря, а его личная тайна — дочь богатого бизнесмена, которая решила стать его возлюбленной, прикрываясь романтической любовью. Наши встречи теперь частые и неторопливые, каждый каскад розовых языков возвращается нам на лица. Мы прячемся от камер, уверенные что наши чувства больше никому не нужны — сегодня только Наш день....
В полном молчании мы выходим от нашего гостеприимного хозяина, элементарно и совершенно невоспитанно не попрощавшись с ним.
У входа нас уже ждёт водитель. Константин плавно опускает меня на сидение. Обходит машину и садится рядом.
Мы трогаемся.
Интересно, а моя одежда осталась в салоне? Или мои вещи забрала помощница Константина?
– Всё в порядке? – слышу рядом с собой немного охрипший голос."
"– Я не сообразила уточнить, где будут мои вещи.
– Рита о них позаботилась.
Это весь ответ? И где мне их забирать?
– Завтра тебе их привезут прямо домой.
– Ясно.
Язык жжёт вопрос: «Куда мы едем?» Но озвучивать я его не стану.
– Мия, – тепло в мужском голосе вызывает у меня ещё большую панику, чем предыдущее равнодушие.
Вдруг Константин подаётся ко мне и приближает своё лицо, хватая за подбородок жёсткими пальцами.
– Что у тебя с носом? – очевидно, он рассматривает крохотную дырочку.
– А что с ним? – непонимающе уточняю и слегка потираю подушечкой пальца крыло, чтобы и макияж не размазать и понять, в чём, собственно, проблема? Неужели он никогда раньше проколов в носу не видел? – Ничего особенного.
Он тупо и непонимающе на меня уставился.
– Какой пирсинг?
– Самый обычный, – как-то даже обидно стало от его реакции. Я же не макароны на голову одела. А его помощница сказала, что на вечер лучше снять украшение. – Колечком.
– Я всегда считал, что обычные колечки носят на пальцах.
– Нуууу, – мои губы тронула лёгкая, задумчивая улыбка, – колечки бывают разные.
Он сделал такое недоумённое лицо, что почему-то мне на ум сразу пришли именно такие кольца, которые носят в интимных местах.
В машине воцарилась гнетущая тишина. Мне хочется как можно скорее закончить этот день. Точнее, начать следующий.
– Мия, где ты научилась так играть? – неожиданный вопрос вывел меня из собственных мыслей.
Не слишком хочется распространяться о себе постороннему человеку.
– Отец научил. Я уже сто лет не играла.
– Ты достойно сражалась. Билась до последнего.
Вот смотрю я на него и думаю.
– До предпоследнего.
– Не понял.
– Если бы не моё собственное желание, последний манёвр вашего друга ни за что не сработал бы.
– Так ты поддалась?! – его брови мгновенно взлетели вверх.
– Ну да, – равнодушно пожимаю плечами. – Чтобы никого не расстраивать и не ставить в неловкое положение.
Он не просто поражён. Он абсолютно ошеломлен.
– Мия, – он вдруг становится серьёзным.
