Автор
Ночь окутала уютную комнату гостей Игоря. Здесь Ирина Нестерова и Настя Малышкина обсуждали планы на следующее утро, когда вдруг из-за двери послышались шаги – то был Игорь с новой компании друзей. Настя решительно отказалась ехать с ними, оставаясь дома и проводя время под звуки любимых музыкальных произведений....
Похоже, «Другая правда. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– А вас почему нет на фотографии? Вы фотографировали?
– Как же нет? Вот я. И муж рядом. Фотографировал Коля Селуянов, тот, который нам всем теперь дорожную обстановку проясняет, я вам рассказывала. Его на снимке действительно нет, а все остальные есть.
Каменская еще что-то говорила, но Петр уже плохо слушал. Этого не может быть! Вот эта девица в короткой юбке и в туфлях на высоких каблуках, с длинными, почти до пояса, платиновыми волосами и дерзким макияжем – та самая сушеная вобла, которая сейчас сидит перед ним в халате, с бесцветным лицом, старая и хромая? А ноги-то, ноги! Умереть и не жить! Ну, муж ее – еще так-сяк, почти не изменился, только был рыжий – стал седовласый, но она… Невероятно!
– У вас ноги красивые были, – брякнул он первое, что пришло в голову.
– Ноги какие были, такие и есть, – очень серьезно ответила Каменская. – А волосы я несколько лет назад начала коротко стричь, лень возиться стало. Да и стиль поменять посоветовали, чтобы отметить начало жизни на пенсии.
Петр сообразил, что сказал что-то не то, почувствовал, как щеки начинают гореть от неловкости, и расстроился окончательно. Он так и не понял, обиделась вобла на его слова о том, что ноги «были», или нет. Хотел сделать комплимент, но вышло неуклюже. Как будто в молодости ноги были хорошие, а сейчас сделались кривые, некрасивые и вообще плохие со всех сторон. Чтобы сгладить ситуацию, пришлось сделать над собой усилие, изобразить, что заинтересовался фотографиями, и попросить показать еще снимки.
– Это не интересно, – сухо ответила вобла и закрыла альбом.
Черт, неужели все-таки обиделась?
* * *Петр все-таки сломался и задремал прямо за столом, уронив голову на руки, но вздрогнул и сразу очнулся, когда наконец позвонил Доценко.
– Можете расслабиться, они не приедут, – сообщил Михаил.
– Что там? – спросила Настя. – Что-то серьезное?
– Подозрение на инсульт, увезли в больницу. Щетинин поехал следом за «Скорой».
– А Сеня?
– Сеня тебя уважает. Даже слишком сильно.
– Шустрый, однако.
– Ну а то! Нарвется он когда-нибудь со своей любовью делать подарки. Стасов ему уж сколько раз говорил – все без толку. Ты бы, может, сама с ним поговорила, а, Настя? Жалко будет, если он и вправду погорит на ерунде, хороший же парень, толковый, грамотный.
– Поговорю, – пообещала она.
Впрочем, сейчас она готова была обещать кому угодно что угодно.
– Когда подарок-то будет? – нетерпеливо спросила она.
