Алекс мчался по бездне космоса, проводником для него была лишь тонкая вибрация. Нavigating через этот незнакомый океан без земных ориентиров было невероятно трудно. Главная сложность заключалась в том, что сам путь казался необычным, как из одной планеты к другой.
Кракен окончательно превратился в ресурс, который нужно было холить и лелеять. По крайней мере, беречь, ведь второго такого в округе нет, а даже если Вселенная оперативно пришлет нового охранника, не факт, что тот окажется таким же доверчивым и жадным как этот.
Более того, Алекс отлично помнил о скрытом в недрах чудовища оружии. Внутренний глаз! И это внутри он не достает, а снаружи прекрасно аннигилирует любое существо ниже тринадцатого уровня. Да и на тринадцатом мало не покажется.
Кроме того, ему невероятно повезло – тут наложилась и трансформация, и то, что первые врата кракена оказались рядом и позволили запустить волну.
У самого Алекса уже вживленные врата распределялись по грудной клетке случайным образом и напоминали мини-порталы ведущие к источнику.
Еще интересный вопрос – а может ли кракен вырастить новые врата? Василиски это умели, а значит, и их старший сородич тоже должен. А можно ли тогда крутиться по монстру и собирать урожай?
Этот и другие вопросы возникали в голове, пока Алекс скользил вниз. В любом случае он собирался выжать из кракена все, что возможно…
«Подлый» удар заметно ослабил монстра и замедлил восстановление, поэтому его двуногий обидчик быстро добрался до заветной цели…
— Начинай! — воскликнула спутница.
— Ты слишком нетерпелива, Мирам…
— Конечно, нетерпелива! Мы же сидим внутри огромной твари! А если ты думаешь, что кракен не найдет способа достать тебя, ты сильно ошибаешься! Этих созданий нельзя недооценивать, ты просто не знаешь всех их возможностей. Да Нерея даже василисков не изучила полностью, что уж говорить про кракена. А, между прочим, ты - не Нерея!
— Я знаю, что кракена нельзя недооценивать, — спокойно ответил Алекс, — но торопиться все равно не буду.
"— Понимаю, — нехотя буркнула Мирам.
— Тогда следи за обстановкой, а я займусь делом.
— Как тут следить? Ничего же не видно!
— Я верю в тебя, а ты доверься мне.
— Ничего другого мне не остается.
