Поэтому все его планы втереться в доверие и, возможно, споить какого-нибудь болтливого бойца, так и остались планами, поскольку гильдия не только никого к себе не подпускала, но и не выпускала, что было совсем странно для отряда, только что вернувшегося из долгого путешествия. Обычно в таких случаях бойцы разлетались по всему маяку: одни — снимать отравление в клиниках энергетических хирургов, другие, наоборот, травиться в тавернах самой ядовитой огнушкой.
Это была традиция! Однако все члены гильдии дисциплинировано держались вместе…"
"Что странно — со стороны все они выглядели совершенно здоровыми, чем вызывали еще больше вопросов.
Например — «А точно ли отряд вернулся с орбиты?». На этот счет появились большие сомнения…
Да, о лидере гильдии ходили слухи, что он и лоцман, и энергетический хирург, умеющий снимать отравления. Причем расследование это подтвердило — Дасвиндер лично поболтал со свободными, которые раньше служили под началом Тирана и сражались в одном бою вместе с Алексом.
Тот действительно их вылечил от отравления. Собственно, этот факт послужил причиной блокировки счетов. Но одно дело вылечить несколько бойцов, возможно, несколько десятков или даже сотен — это с трудом, но можно было себе представить — но не пятнадцать же тысяч пациентов!
Причем одновременно! Причем отряд вернулся с орбиты, где пара минут простого полета — а не боя! — приводила к такому серьезному отравлению, что даже самых сильных чемпионов приходилось откачивать.
Схватка неподалеку прекрасно показывала, как это происходит…
Поэтому Дасвиндер сильно сомневался в версии Алекса и хотел его разоблачить.
Вместе с тем, он признавался самому себе, что главная причина его нахождения здесь — это зависть. Не страх, не опасение возмездия, а именно зависть. Дасвиндер всю свою жизнь пытался прыгнуть выше головы, и ему это удалось — он выбрался из кластера и попал в великую школу. Однако на этом его успехи закончились. Особенно если сравнить их с успехами других адептов. И ладно, если бы речь шла о чемпионах великих школ или элите… но Алекс-то был простым бродягой!
— Не может так везти обычному адепту.
Этот гад точно одержимый! — бормотал Дасвиндер. — Другого объяснения у меня нет. Лишь блаженный может так себя вести. И как за ним пошло столько народа? Разве они не понимают, что с одержимыми лучше не связываться? Безумцы!
Надо сказать, статус одержимого не сильно беспокоил Дасвиндера. Это даже хорошо, что его враг — одержимый.