Автор
В холодном отражении стекла яркие осколки иллюстрируют жестокость человеческой природы — легко обижаться на сотни людей, но гораздо труднее простить одного. В центре внимания лежит история оборотня, который вступает в противостояние с самим собой и миру вокруг него. Атмосфера этой книги окутывает читателя холодом преступной силы и неуловимым потоком эмоций, где каждое движение кажется подозрительным....
– Три сотни метров? – вытаращил глаза Сергей. – Сколько же они стоят?
– Очень много, – вздохнул Анатолий. – Мне на такие хоромы и за пять жизней не заработать. Эй, хозяева, вы чего, не знали про фатерку?
– Мама, это правда? – подпрыгнула Нина. – Про Арбат?
Елена повернулась к адвокату.
– Юрий Петрович, вы же занимались делами отца. Расскажите нам про недвижимость.
– Впервые о ней слышу, – признался Горюнов. – Возможно, покойный Олег Ефремович был в курсе, он со Шкодиным работал очень долго, а я всего пару лет.
– Он мне украшения давно подарил, – пробормотала вдова.
– Не буду все рассказывать, – спохватился Юрий Петрович, – не волнуйтесь, никто не обижен. Луиза, вы станете очень обеспеченной дамой. Антону отходит здание, а вам начинка: коллекция картин, фарфор и все прочее.
– Тоша! – встрепенулась Луиза. – Ты был в курсе? И Дарья, похоже, знала? А она-то при чем?
Сын академика опустил голову."
"– Прости, мама. Я услышал о квартире отца несколько дней назад. Мне Алиса позвонила после того, как в первый раз у нас побывала и ушла, пообещав затеять эксгумацию тела. Девчонка много чего наговорила, а под конец заявила: «Хочешь убедиться, что твой папа не был святым? Дам тебе ключи от квартиры и адрес.
– Да что там такое? – воскликнула Луиза. – Почему ты мне не позвонил?
– Или мне? – возмутилась Нина.
Антон вжался в кресло.
– Я не мог. Вы родные, я не отважился вам рассказать. А Дарья чужая. Она показалась мне самым лучшим собеседником в этой ситуации. Я потерял голову.
– Ты хотел скрыть от нас наличие апартаментов? – прямо спросил Кирилл. – Продать их втихую?
– Конечно, нет! – возмутился Антон. – Я просто растерялся. Если б ты туда вошел, тоже, наверное, обалдел бы и не знал, куда бежать. Нельзя о таком никому рассказывать!
– О чем? – закричала Нина.
