Автор
История о строящемся городе Алтарное, где сходятся люди с разными мечтами и целями. Среди интриг, вражды и надежд на лучшее они ищут любовь, дружбу и смысл жизни. Портрет общества, строящего будущее на фундаменте человеческих отношений и противоречий.
Если у вас есть кот — посмотрите в его наглые, довольные глаза, когда он добился от вас кормёжки в пять утра. И тогда вы всё поймёте. Этот душевный подъём способен сгладить многое: и даже необходимость самому встать пораньше. Ведь чем позже проснёшься, чтобы разбудить остальных — тем меньше людей выдернешь из тёплых кроваток!..
О, это пение ревуна на крыше капсулы, запускающее военные учения в группе! О, этот грохот ног и мат десятников! О, эти ошалевшие лица соседей!..
В какой-то момент, честно говоря, мне захотелось проводить учения раз в неделю! Это же просто праздник какой-то! Надеюсь, его по достоинству оценили даже в центре Алтарного. Иначе вся эта беготня не имела ни малейшего смысла…
Так или иначе, выглядело эпично. Во всяком случае, для нашего неолита. У нас здесь и сто человек — немалая сила. И пусть мы до этой сотни еле дотягивали, зато как быстро и технично выдвинулись на ближайшую улицу!.. Прохожие и ребята из группы Вити только и успевали, что челюсти подбирать.
Сначала — оккупация невинной улицы. Следующим заходом — оборона своих участков частокола. А потом снова оккупация невинной улицы. А затем выдвижение из города всей дружной компанией. Получилось зрелищно, красиво и слегка устрашающе. Надеюсь…
К концу коротких учений все их участники оголодали так, что поход на завтрак выглядел как часть учений. Причём наименее организованная, но наиболее страшная. В общем, я посчитал, что дело прошло успешно. И тоже с чистой совестью приступил к утреннему приёму пищи.
А заодно сел разбираться с делами. Кого и на какие работы отправить, что и по какой цене выставить на продажу, когда провести тренировку десятков, не участвующих в охране частокола…
Невольно я стал сочувствовать Сочинцу, который практически добровольно взвалил на себя эти обязанности. Не знаю, за что он себя наказывал… Видимо, было у него что-то такое в прошлом, из-за чего в этой жизни его ждало искупление.
Нет, я, конечно, справлялся! Вот только зевал так, что едва челюсть не вывихнул. Хотя, возможно, это была карма за жестокую побудку доброй половины Алтарного…
Впрочем, на коротком промежутке времени мне удавалось себя убедить, что это, скорее, отдых, чем тяжёлый труд. А вот если бы таким пришлось заниматься каждый день… Это было бы куда утомительнее моих походов за пределы Алтарного. И даже сражений с местными страшными тварями."
"Чтобы не перетрудиться в первый же день, я после обеда честно сбежал в полицию.
